Я молча улыбнулась еще шире.

– Что?! Что такого, не пойму?! – нервно воскликнул Илья, не выдержав затянувшейся паузы.

– Пришла я к тебе не просто так, а с предложением.

– Каким еще предложением? – насупился старлей.

– С дельным! И решающим одним махом все проблемы нашего расследования!

– Что-то мне подсказывает, что ты сейчас скажешь: «Но».

– Общение со мной приносит плоды определенно. Ты становишься все догадливее день ото дня, – легкомысленно хихикнула я.

– Ну, излагай, что там.

– Мне удалось вычислить парня, который организовал арест Романа. Устроил все так, что ты начал подозревать подростка, а потом потуже узел затянул, прислал фотографии из клуба, возможно, дал взятку первому следователю и тебе предлагал, называясь юристом Полянской и преследуя свои интересы.

– Тише ты, – нервно оглянулся Илья.

– Если коротко, весь этот кошмар – дело рук телохранителя Риты и Романа Полянских.

– Ничего себе, а как он на работу попал? Они там что, совсем свои кадры не проверяют?

– Это долгая и немного запутанная история. Паренька надо срочно найти, пока он не вздумал покинуть город.

– А каким образом его поимка поможет в расследовании убийства девушки? – деловито уточнил Илья.

– Судя по всему, он знал о преступлении, знал, где убийца оставил тело. Иначе у интригана не вышло бы так виртуозно подстроить ловушку для Романа.

– Слушай, Евгения, а вдруг этот парень и есть тот самый неизвестный ухажер Марии? А что? Сама подумай, возраст подходит, описание тоже! Тогда он и новым подозреваемым в убийстве может быть, легко.

– Молодой человек старше двадцати, высокий, атлетично сложенный, модно одетый? Это описание каждому пятому подходит. Слишком размытое. Старушка – ненадежный свидетель, лица-то она не видела.

– Все равно, сама подумай: телохранитель этот слишком много всего знает, он же не гений в самом деле!

– И много знает, и везде успевает, – задумчиво пробормотала я, – нет. Таких совпадений просто не бывает. Так что даже не мечтай одним выстрелом убить двух зайцев. Но парень однозначно приведет нас и к таинственному Машиному ухажеру, и к убийце.

– Может, ухажер ее и убил?! С чего ему тогда от следствия прятаться?

– Пока доказательств нет, предпочту не гадать на кофейной гуще. И потом, вдруг ухажер этот не понаслышке знает, как быстро вы развешиваете ярлыки на людей? Вот и затаился от греха подальше. Но о последнем вечере жизни Маши Титовой ее молодой человек должен знать многое. А для нас с тобой, несмотря на усилия, это по-прежнему сплошное темное пятно. Так что найти его необходимо. А для этого арестовать телохранителя.

– Ничего себе задачка! Интересно, как ты это собираешься провернуть?!

– Вот мы и подошли к сути плана. Я хочу его спровоцировать. Парень или его работодатель, или они оба ненавидят Полянских. И когда они узнают, что Романа отпустили из СИЗО, да не просто так, а сняв все обвинения, рассвирепеют! И попытаются напасть на подростка.

– Ты искренне считаешь, что Полянская позволит сделать из сына приманку?! Очень сомневаюсь!

– Не беспокойся, я смогу убедить Валентину.

– Допустим. Почему ты думаешь, что этот телохранитель рискнет и будет действовать?!

– Потому что он дерзкий, самоуверенный, умный и отлично умеет держать себя в руках. А еще очень ненавидит их всех, а Ромку особенно.

– Откуда такие выводы, позволь спросить? – недоверчиво усмехнулся Илья.

– Они сделаны на основе поступков парня. Сам посуди. Он внедрился в семью, да не просто в штат обслуживающего персонала. Телохранитель всегда имеет ряд преимуществ и привилегий. Притом парочкой изящных ходов избежал тщательной проверки своего личного дела и рекомендаций.

– Не такой уж он умный, если, в конце концов, засыпался.

– Тут ты не прав, «засланный казачок» не совершил ни одного прокола, нигде существенно не наследил. Под подозрение он попал только в результате расследования всего случившегося, и то далеко не сразу.

– Да что такого он сделал особого? Парня подставил? Ну, агента моего как-то просчитал и использовал. Со взяткой опять же хорошо придумано, но и только.

– Илья, ты многого не знаешь. Он еще организовал взрыв на производстве Валентины и совершенно там не наследил. Ни свидетелей, ни доказательств.