Направив корабль вниз, Лиса медленно вела его сквозь снежную пелену. Было такое ощущение, будто ты погружаешься в воду, а она тянет тебя на самое дно.

Но по крайней мере увеличивающиеся основания гор создавали защиту от сильных порывов ветра, хоть и не такую надежную. Выбирать, конечно, не приходилось, однако с каждым метром база становилась все ближе и ближе, и это вовсе не вселяло утешения. Возможно, пассажиры корабля хотели поскорее оказаться на холодной земле, покрытой снегом и льдом, но Лиса чувствовала себя куда уютнее здесь, среди ветра и вьюги. И даже лучше сказать не уютнее, а безопаснее.

Отыскав на радаре самое подходящее место для посадки, девушка повела транспорт как раз в ту сторону, напомнив себе, что не стоит позволять страхам брать над собой верх. На базе сопротивления Бэй обещал поспрашивать людей о ее матери, а это уже хорошая новость. К тому же, что такого необычного может случиться во вражеском пристанище? Сколько раз она попадала в передряги, многие из которых были опаснее этой миссии? К тому же рядом с ней на поясе находился МОДД16, так что может удастся выдать себя за солдата Союза. Хотя без военной формы вряд ли получится кого-нибудь обмануть.

– Мы снижаемся.
– Обратилась к пассажирам по внутренней связи через микрофон Лиса, однако фраза выдалась чересчур суровой. Ей хотелось сказать что-то вроде "не забудьте пристегнуть ремни, следующая остановка - ад", но желание шутить куда-то пропало.

Место приземления лежало в неглубокой расселине с обратной стороны горы, в которой и располагалась вражеская база. Подбираться так близко к противнику было рискованно, но техники сопротивления заявили, что с установленной на корабле маскировочной системой незваных гостей никто не заметит. Верилось с трудом, но Лиса решила рискнуть и подобраться как можно ближе к тому месту, которое привело бы их к вентиляционной шахте. По словам Бэя, она обещала быть огромной.

Как только корабль погрузился в расселину, вой ветра за окном стих до того уровня, что можно было услышать шум двигателей. При посадке машину слегка качнуло, и когда шасси опустились на лед, проверив его на прочность, Лиса отключила двигатели.

Они приземлились. А значит, дороги обратно нет.

В пассажирской кабине люди постепенно начали приходить в себя после неспокойного полета. По мере того, как стихли голоса, Айрис взялась за инструктаж команды. Все ее подчиненные являлись хорошо обученными специалистами по ледолазанию, по крайней мере, таковыми они были в понимании Бэя.

Наблюдая за приготовлениями со стороны, стоя у приоткрытой двери, ведущей в кабину управления кораблем, Лиса не без любопытства слушала Айрис.

– Я пойду самой первой, буду делать прошивки во льду и устанавливать ледовые крюки и ледорубы, чтобы обеспечить страховку. Двигаться будем медленно, чтобы обошлось без происшествий, так что восхождение должно занять примерно два часа. Берите с собой только самое необходимое, поскольку потом бегать по базе придется долго. Времени на отдых практически не будет.

Ловкими движениями Айрис надела "кошки" на ноги, после чего проверила остроту серебристых ледорубов с бардовыми рукоятками. Все оборудование для восхождения находилось закрепленным у нее на поясе, отчего девушка была похожа на большую вешалку. Но помимо всего разнообразия крючьев, карабинов и веревок, у нее за спиной сидела большая сумка, доверху набитая оружием, взрывчаткой и питьевой водой.

Глядя на всю эту картину, Лиса ощущала, что ее разрывают двоякие чувства. С одной стороны, она не могла позавидовать команде Айрис, поскольку восхождение по вертикальному ледовому склону задание не только опасное, но и выматывающее. Она знала это по своему опыту. Пусть никогда бывшей контрабандистке не приходилось часто сталкиваться с жесткими зимними погодными условиями, однажды ей все же довелось испытать себя в роли покорителя горных вершин. Но то было снежное, а не ледовое восхождение.

Однако Лиса не могла мириться с ощущением, что ей придется долгое время сидеть в этом месте. При выключенных двигателях температура на борту корабля падала с катастрофической скоростью, и уже часа через три можно будет бороться не только с холодом, но и с мыслью улететь отсюда. Так что ожидание могло стать не менее опасным, чем предстоящая операция. Может, попроситься в добровольцы на предстоящую прогулку?

Нет, что за вздор?

Лиса не для того сюда летела, чтобы расстаться с жизнью, хотя мысли о смерти в холодных заснеженных горах не перестанут преследовать ее и после того, как ее оставят одну на корабле. Вот вам и проблема. Девушка пыталась убедить себя, что безрассудно будет отважиться пойти вместе с группой Айрис. Но внутренний голос уже не просто советовал ей отбросить все страхи, а нагло бросал ей вызов. "Что я, не смогу взобраться по льду?" К тому же имелось немало причин пойти на отчаянный шаг.

Может, девушка и согласилась отвезти команду в горы Барграф, но вряд ли кто-то из них в знак благодарности проникнется к ней доверием и уважением. А этих двух составляющих как раз не хватало для того, чтобы разузнать о своей матери. Этот барьер из недоверия и недоброжелательности вряд ли приблизит ее к желаемому результату, тем более что на Бэя не стоило возлагать больших надежд.

Так что, легко переменив свое решение оставаться в тени и быть никем не тронутой, Лиса направилась к Айрис, ведомая жаждой приключений.