— Это подарок, — сухо отозвался он. — С началом практики.

— А! — многозначительно пришлось протянуть мне. — Ясно.

Не дождавшись, пока я возьму коробку, киашьяр пристроил футляр на подушку, и выжидательно посмотрел на меня. А я с тем же непроницаемым — надеюсь! — лицом продолжила рассматривать длинную рубашку, раздумывая, выкинуть ее вместе с платьями или оставить.

— Эй! — вдруг воскликнул Клант, выдернув из моих рук сей предмет. — Это же моя рубашка!

— Ты ж мне ее отдал?! — в тон легарду возмутилась я.

— Когда?

— Когда мы заляпали мое синее платье в опытах с красным буголовом, и мне нечем было прикрыть грязь до возвращения в Академию, — припомнила я.

— С того момента могла двадцать раз вернуть рубашку, — поджал губы Клант.

— Тебе жалко мне рубашки? — возмутилась я и состроила обиду на лице. — Одной ма — аленькой рубашки для ма — а-аленькой меня?

— Зачем тебе старая рубашка? — легард потряс у меня перед носом оной.

— В ней… спать очень удобно… — вынужденно призналась я и густо покраснела. — Тепло…

— Эмма! — фыркнул Клант.

— А что? — Я надула губы, как делала это всегда в детстве — тогда помогало!

— Эмма, не веди себя, как маленькая, — прошипел Клант, но рубашку вернул, и я поскорее запихала ее на дно плотной холщевой сумки.

— Не веду… — в тон легарду пробормотала я, стараясь скрыть усмешку. — Просто… она мне нравиться. Большая, теплая…

— Вот такие дочки у людских князей… — хмыкнул Клант и отошел к окну, делая вид, что рассматривает разложенные на подоконнике книги. — Хочется дать тебе денег, раз на нормальную девчачью рубашку не хватает.

Я не ответила, продолжая складывать одежду в мешки. Большая часть платьев и белья хранилась дома, в Алоре, так что мне требовалось всего лишь упаковать несколько неброских нарядов с узкими юбками, не сковывающими движений. Из города я собиралась выехать не просто верхом, а усевшись в седле по — мужски, так что в отдельную стопку отложила плотные узкие бриджи, длинную тунику с разрезами по бокам, очень тонкую кожаную жилетку на удобных крючках по бокам и куртку из плотной ткани с мягкой шерстяной подкладкой. Рядом с кроватью выставила высокие ботинки на шнуровке.

Весна уже прочно обосновалась на юге, но здесь, в более северных районах еще царили холодные ночи, когда к утру земля покрывалась коркой инея. Отправляться в путь в такое время могло бы показаться безрассудством, ведь несколько ночей предстояло провести при дороге, за неимением гостиниц на малом восточном тракте, что неровной дугой огибал Столл с юга и уводил дальше на север, через Мукошь и Бугор до самого Лимма, столицы Адиррена, расположившегося в верховьях спускающейся с гор реки Вусты.

Зато из Мукоша наш с Карром путь лежал по устью реки Верткой в Эдишь, в городок под названием Маяяра. Быстрее всего добраться было на корабле. Пока я даже не могла понять, что нам предстояло делать там, ведь это было одно из самых оживленных, но при этом и густо напичканных магами мест в княжествах.

Город надвое разделяла река, чуть дальше на юг сливавшаяся в общий поток с Веретенкой, согретой долгими солнечными днями в Ленисине. Здесь вечно останавливались многочисленные купцы и перекупщики из соседних княжеств.

— Я сейчас закончу и пойду искать своего напарника по практике, — сообщила я Кланту небрежно. — Ты долго собираешься здесь пробыть?

— Выгоняешь? — удивился киашьяр.

— Нет, отчего же?! Просто уточняю, — я не поддалась на провокацию и ответила привычно, с легкой смешинкой в голосе. — Может ты, как и Ройна, желаешь чаю, но стесняешься попросить…

— Ты обо мне сейчас? — хмыкнул легард, передвинув книги и присев на подоконник.

— А о ком еще? — деловито осведомилась моя злость.

— Да, на самом деле, не на долго забежал, — усмехнулся Клант и пригладил короткие светлые пряди над виском. — Рассиживаться нечего…

Не успела я хоть слово вымолвить, а киашьяра как и не было — растаял.

— Тьфу на тебя, — буркнула я, но рукой перед собой в воздухе повела, проверяя, убрался легард или лишь сделался невидимым. Сила ничего подозрительного в комнате не обнаружила.

Вздохнув, я вернулась к сборам, но потом вспомнила про оставленную на подушке шкатулку и быстренько взобралась на постель с ногами, приготовившись рассмотреть подарок. Каким бы вредным Клант ни был, он всегда умел выбирать интересные вещицы.