Каве неподвижно сидела на месте, не замечая испортившейся погоды: в ее сердце давно бушевала гроза.

Алексей Вордак начал сложную переписку между мирами только для того, чтобы узнать, находится ли у Каве Золотой Ключ или его уже отобрал Рик Стригой. Впрочем, интриги двух Князей ее теперь не волнуют. Задача Каве – сохранить магический артефакт, чтобы Дверь в Скале и дальше была прочно закрыта. Она не даст полудуху погубить ее родной край. Ну а Лешка… пусть лучше займется другим опасным врагом – предводителем диких, Лютогором, пока внимание Чародольского Князя сосредоточено на Каве и волшебном ключе.

И Каве решила не продолжать так чудесно начавшийся разговор.

Впрочем, ей все равно помешали бы: кто-то тихо, но настойчиво постучал в дверь. Девушка быстро махнула ладонью над чашкой, скрывая последние следы переписки с Карпатским Князем.

– Прошу! – зло и хрипло позвала она, стараясь прогнать комок в горле. Все-таки сильно расстроилась, от себя не скроешь…

Дверь из досок нехотя скрипнула, пропуская Тай.

Рыжая чара выглядела неважно. Ее худенькое веснушчатое личико осунулось, красивые миндалевидные глаза подпухли, да и живые огоньки в глазах померкли.

Несмотря ни на что Каве стало жаль девушку. Очевидно, предательство земляков по отношению к гостье изумило и саму Тай. Хотя Каве от этого никак не легче.

– Это мое предназначение, – неожиданно сказала рыжая чара и вскинула подбородок. – Моя судьба. Я долго медлила, все тянула и тянула… и вот, провидение дает мне шанс.

Каве озадаченно нахмурилась:

– Прости?..

Тай мотнула головой:

– Только Войтек удерживал меня здесь, отдаляя от заветной цели. От моего самого заветного желания – стать высшей чарой. Учиться у великой Чаклы, главной чародольской ведьмы, лучшей из лучших. Здесь у меня нет будущего, – заговорила она более уверенным тоном. – Допустим, я выйду за Войтека, нарожаю ему детишек. И что? Он оставит меня в одной из деревень, как часто делают наши мужчины, а сам продолжит разбойничью жизнь, полную опасностей и приключений, которые он так любит. – Чара поморщилась. – Конечно, он будет приезжать… привозить деньги и подарки. Скажем, раз или два в год, может, и чаще. Нет, я не хочу такой судьбы.

Каве молчала, несколько оторопев от неожиданной откровенности девушки.

– Чернозуб с детства опекал меня, – продолжила Тай. – И знает о моей мечте. Я многим обязана ему, поэтому откажусь от всего своего наследства в его пользу. Ты ведь не в курсе, – она невесело усмехнулась. – У меня есть право на часть его сокровищ, и немалую… Мы натаскали всякого добра, но я никогда своей доли не требовала. Вот почему он помог с Жемчужиной… Но теперь я хочу уйти.

– А он тебя отпустит? – с интересом спросила Каве, на миг позабыв о собственных трудностях. – Ведь ты же ведьма. Такие наверняка нужны в вашей… команде.

– А кто его спрашивать станет? – с лукавой усмешкой произнесла чара. – Я ждала этого часа очень долго и отступать не собираюсь.

Неожиданно Тай порывисто приблизилась к Каве и схватила ее за плечи:

– Поэтому я хочу знать – ты со мной или нет?

Каве стало как-то не по себе от горящего решимостью взгляда девушки.

– Ты что, издеваешься?

Тай отстранилась.

– Я спасу тебя, Каве, – ее голос перешел на еле слышный шепот. – Ты помогла нам сбежать, а мне – получить Жемчужину. Это очень приблизило меня к мечте… Я доверяю тебе и поэтому помогу добраться до Чаклуна. Если мы уговорим драконорогов служить нам, то пройдем в финал без первого утомительного тура. Тебе нужен турнир почти так же, как и мне, поэтому мы уйдем вместе.

– Но как? – не удержалась от вопроса Каве. – Я даже не знаю, каким образом тебя пропустили ко мне.

Тай закатила глаза к потолку:

– О, все очень просто. Я наплела Чернозубу, что чувствую себя виноватой и должна с тобой хотя бы попрощаться. Не переживай, я знаю, как нам ускользнуть от наших незамеченными.

Каве лишь пожала плечами:

– В таком случае, зачем спрашиваешь? Конечно, я согласна идти с тобой, лишь бы оказаться подальше отсюда.

– Тогда приготовься: перед самым рассветом выходим в дорогу, – твердо произнесла Тай. – Спать не ложись. Все необходимые вещи заранее спрячь в личный схов. Да, и не ешь ничего – могут подсыпать сонного зелья. Я утащу из погреба немного хлеба и сыра, в дороге перекусим. Все, не прощаюсь.

Она развернулась в сторону двери, но вдруг остановилась:

– И еще… Прошу об одном – никогда не говори со мной о Войтеке. Не вспоминай о нем ни единым словом.

Каве ошеломленно кивнула.

– Не спи, – повторила Тай. – Как только выберемся, сразу сядем на поезд. Места здесь опасные, прознают о Жемчужине – хлопот не оберемся. Так что лучше поехать на чаротяге до Драконьего луга, а там уже лесом-полем проберемся.

И она ушла.

– Подумать только, тут и поезда ходят. Чаротяг, ну и ну…

Каве покачала головой и, улыбнувшись, глубоко вздохнула.

После визита рыжей чары она воспрянула духом: вернулись решимость и желание бороться. Она все-таки попадет на этот трижды проклятый турнир!

Осталось дождаться Тай… Внезапно Каве решительно махнула ладонью, извлекая золотую чашку из личного астрала. Кто его знает, увидится ли она когда-нибудь с Лешкой? Поэтому надо прочитать его послание, каким бы горьким оно для нее ни оказалось.

Двумя пальцами девушка осторожно выудила листок из остывшей жижи. К счастью, запись на мокрой, остро пахнущей кофе бумаге по-прежнему была отчетливой: