Что будет, если она не справится? Если упадет на землю от первого же удара? Не попадет в финал и подведет Великого Мольфара… Возможно, этот хитрый маг давно предвидел подобное развитие событий, и ее поражение – тоже часть каких-то его планов. Но разве он стал бы рисковать жизнью, принимая участие в Чаклуне вместе с Каве?

И девушка успокоилась: в конце концов, она сейчас находится в неплохой команде. Даже Тай стала относиться к ней совершенно иначе – Каве часто ловила на себе ее долгие оценивающие взгляды. Возможно, рыжую чару поразила история Золотого Ключа, оказавшегося в руках у Каве, или история с нападением Алексы, но она стала очень хорошей подругой и всячески выказывала карпатской ведьме свое уважение и расположение.

Впрочем, Каве все равно волновалась перед встречей с Риком Стригоем: наверняка ей придется говорить с ним, а что они могут сказать друг другу? Особенно после разгрома в Стеклянной зале…

Вечер перед турниром выдался теплый и умиротворенный. Где-то громко и трудолюбиво стрекотали кузнечики, важно ухали совы и протяжно вскрикивали какие-то неизвестные птицы. Пахло грибами и земляникой, в воздухе витал влажный аромат лесного мха и листьев.

Пан Седрик затеял жарить сосиски на прутиках, причем сразу целую дюжину, Тай устроилась возле дремлющего пана Чаха, а Каве, присев немного в стороне от костра, попыталась отослать чашку кофе назад в Черный замок.

Несколько дней назад она получила эту чашку – маленькую, золотую, такую знакомую, но кофе в ней давно и безнадежно остыл. Правда, на ручке висела записка от Лешки с настойчивой просьбой связаться с ним во что бы то ни стало. Но когда девушка попыталась отдать чашечку обратно, у нее ничего не получилось. То ли она неправильно заклинала, то ли что-то приключилось с каналом связи.

Из-за этой неудачной попытки отослать чашку у Каве появилось смутное предчувствие – гнетущее, тревожное ощущение. Кто знает, что сейчас происходит в Карпатском княжестве? Вот почему, как только выдавалась свободная минута, девушка упорно повторяла свой эксперимент.

В этот раз ее усилия были замечены.

– Над чем ты там колдуешь, Каве? – спросила Тай, покосившись на золотую чашку.

– Хочу отправить записку в Черный замок, – пробурчала та в ответ.

– И кому же это? – усмехнулся в седые усы пан Седрик.

Каве промолчала, памятуя о способности драконорогов легко читать мыслечувствующую ленту.

А вот Тай заинтересовалась настолько, что подошла ближе и принялась с любопытством следить за усилиями Каве.

Проклятая чашка все не желала исчезать.

– Возможно, что-то нарушилось между мирами, – подумала вслух рыжая чара. – Или ты неправильно произносишь…

– Или у них что-то случилось, – невозмутимо добавил пан Седрик-Времена неспокойные…

Каве сердито перебила:

– Может, он просто не хочет говорить!

– На его месте я бы немного обиделся, – заметил пан Седрик и ловко провернул вокруг собственной оси сразу все прутики с сосисками. – Шутка ли, взять и сбежать. Да еще в Чародол. Да еще с Ключом…

– О чем вы? – Тай изнывала от любопытства. – От кого сбежать-то? Вокруг костра воцарилось молчание – только и было слышно, как мирно посапывает Ветротретий. Видя, что никто не намерен посвящать ее во всю историю, Тай уныло спросила:

– Послушай, Каве… Помнишь, ты отобрала зеркало у той странной чары? Такое необычное, в золотых листиках… Можно на него взглянуть?

Каве мгновенно исполнила просьбу, искренне желая занять подругу, чтобы та отцепилась и дала ей наконец возможность вернуться к экспериментам с кофейной чашкой. Слова пана Седрика еще больше растревожили ее: а вдруг действительно что-то случилось?

Вновь усевшись возле пана Чаха, Тай смахнула со лба короткую челку и принялась разглядывать зеркальце со всех сторон.

– Оправа из золота, а сама гладь тонкая, дрожит от прикосновения… – бормотала она, осторожно ощупывая зеркало Алексы. – Вещица необычная… Хм, а ведь похоже на средство связи… Ого!

– Что там такое? – тут же откликнулся пан Седрик.

А Каве, наоборот, еще больше сосредоточилась на заклинании.

– Вот это да… – Тай ошарашено уставилась на зеркало. – Вы только посмотрите!

– Да что там такое?! – раздраженно вскрикнула Каве, с досады чуть не запустив злополучной чашкой в рыжую чару.

– А зеркало-то картинки показывает, – довольно сообщила та. – Какая-то рыженькая целуется с симпатичным парнем… Ой, да там еще одна пара!

– Дай сюда, – внезапно потребовал пан Седрик.

Машинально заметив, как омрачилось его лицо и залегла на лбу тревожная вертикальная складка, Каве среагировала моментально: она перехватила руку Тай и заглянула в зеркало.

В тот же миг все слилось у нее перед глазами в одну сплошную карусель. Каве увидела в ободке из золотых листьев лицо Лешки – довольное, счастливое, с полуприкрытыми от блаженства глазами… И змейки рыжих волос, рассыпавшихся по его груди.