От быстрого взлета и последовавшего за ним крутого виража у Каве заложило в ушах: пан Седрик ловко ушел от драконорога с зеленоволосым «панком» на спине и напал на другого стихийника, в зеленовато-черной чешуе. Словно во сне она видела, как драконорог накрыл пастью нос противника, – тот взвыл громче громкого. И было от чего! Ведь его золотой рог оказался обрубленным наполовину.

Ничего себе Мольфар куснул… Каве испытала сразу три чувства: дикий восторг, ужас и даже сочувствие к поверженному стихийнику. После этого они разделались еще с двумя драконорогами ровно таким же способом, причем пан Седрик не только обломал им рога, но и сильным толчком скинул обоих седоков на землю. Замирая от ужаса, Каве видела, как маленькая беспомощная фигурка стремительно падала… Внезапно падение замедлилось: тело несчастного, отчаянно махавшего руками и ногами, зависло в метре от земли и лишь затем распласталось на траве. Каве облегченно вздохнула: падавшие хотя бы не разбивались насмерть.

Впрочем, их с Седриком дела шли неплохо: другие участники турнира поняли, что с паном советником шутки плохи, поэтому предпочитали драться с соперниками послабее. Великий Мольфар был доволен таким поворотом событий. Наметив жертву – небольшого черного драконорожка с беловолосой девушкой на гребне, – он принялся неторопливо гонять его по кругу, словно надумал устроить паре тренировку по полетам.

Пока пан Седрик таким образом отдыхал, Каве быстро отыскала глазами Кристу: ее пятнистый товарищ смело носился в толпе, отражая атаку за атакой. К немалому удивлению Каве, рыжая ведьма не пыталась напасть на них с паном Седриком. Наоборот, когда крупный черный стихийник, игнорируя вопли своего чара, понесся прямо на Каве, драконорог Кристы вдруг вырвался вперед и преградил ему путь. Завязалась небольшая драка, а пан Седрик вместе с Каве полетели дальше.

Что за странная тактика? Каве призналась себе, что озадачена поведением рыжей ведьмы. Если Криста не задумала поквитаться с ней на турнирном поле, то что же она делает здесь? Неужели рисуется перед Чародольским Князем… Хочет завоевать его сердце? Или получить в подарок, став победителем Чаклуна. С ее-то амбициями…

Через некоторое время Каве начала уставать. Все смешалось у нее перед глазами: сверкающие чешуи драконорогов, разноцветные молнии и яркие вспышки магических атак… То и дело раздавались боевые выкрики чаров и грозные рыки стихийников, несколько пар уже дрались на земле: предчувствуя скорую победу или поражение, каждый из них боролся из последних сил.

Когда пан Седрик пошел на очередной круг, Каве не выдержала.

«Может, нападем хоть на кого-нибудь?» – послала она мысленный сигнал.

Мольфар тут же отозвался:

«Ты хочешь подраться или попасть в заключительный круг финала? Нам нельзя рисковать, поэтому терпи и будь сдержанна – скоро это безобразие завершится. Я вижу, как тают ряды наших врагов, дерущихся друг с другом…»

И действительно, участники начали терять силы. Все чаще небо оглашалось обиженным рыком драконорога, которому обломали его драгоценный рог, все чаще соскальзывали с их спин седоки.

И все же Каве и пану Седрику пришлось отразить еще одно нападение. Зеленоволосый парень, чем-то не понравившийся Каве еще до начала турнира, неожиданно спикировал сверху – Камнетретий еле успел отскочить в сторону, чуть ли не проехавшись пузом по земле. Из-за этого маневра Каве едва не сорвало с его хребта – опомнившись, она мертвой хваткой вцепилась в костяной гребешок.

«Зазевались», – мысленно резюмировал пан Седрик и мгновенно взмыл подальше от опасного противника, к тому же надеясь атаковать его сверху, если понадобится.

Наконец послышался сигнальный колокольчик, возвещавший о конце боя. Это означало, что половина участников вышла из финала по очкам и остальным следует собраться на земле в круг.

Вновь прилетела сверкающая белая лодка.

Каве почти не слушала, что говорил Чародольский Князь. Кажется, что-то о замечательных состязаниях и достойных противниках, о ярком финале. Краем глаза девушка заметила Кристу, по-прежнему восседавшую на своем пятнистом красавце. Теперь та упорно делала вид, что не замечает ее взгляда. Глянув в другую сторону, Каве разыскала Тай: рыжая чара тоже не дала сбить себя с пана Чаха. Рог последнего, к счастью, остался целехонек.

– Ну, вот мы и справились, – довольно произнес вслух пан Седрик. – Осталось продержаться заключительный финальный тур…

Каве едва дождалась, когда полудух произнесет заключительную речь. Лишь только правитель Чародола закончил говорить, пан Седрик полетел к замку и доставил девушку в ее покои через раскрытое настежь окно.

– Мечтаю о душе, – устало, но довольно сообщил он. – Встречаемся вечером в саду, Тай хорошо его знает… Я вас найду.

Каве была настолько обессилена, что даже не ответила ему. Впрочем, драконорог мгновенно улетел, даже не попрощавшись.

Через несколько минут прибыл пан Чах, и в комнату соскочила рыжая чара:

– Ура! Мы победили!

Тай радостно обняла чешуйчатую морду Ветротретьего, и тот в ответ сконфуженно рыкнул.

– Ни слова больше не скажу, пока не поем! – провозгласила Тай и побежала куда-то в комнаты. Пан Чах улетел, а Каве ускользнула в ванную.

Быстро избавившись от одежды, девушка прыгнула в бассейн, рассыпая хрустальные брызги, – розовые рыбки так и шарахнулись в разные стороны.