Этот урод не посмеет к ней сунуться!

Чуть не влетев в майку, Рокаэль распихал оружие по привычным местам, задумчиво посмотрев на боевой пояс. Пригодится?

Вряд ли он застанет там самоубийцу!

Застегнув крепления пояса и обувшись, Рокаэль тихо закрыл за собой дверь и двинулся по коридорам. Заветная дверь находилась в другом крыле замка, но уже сейчас походка мужчины напоминала крадущегося хищника.

Тишина за дверью Оливии немного успокоила мужчину. Ровно до того момента, как он представил сладкую парочку спящей в кровати. В чувствах высадив дверь ногой, он с изумлением взглянул в заплаканные глаза девушки.

Вот так порыв чувств…

Рокаэль оцепенел, словно глыбы льда сковали его тело. Одинокий всхлип девушки — и ледяные оковы разлетелись сотней хрусталиков, уже не сдерживая мужчину.

В один миг оказавшись у кровати, он повалился на колени, обхватив руками ноги девушки. Еще один всхлип набатом отразился в душе снежного дракона, переворачивая все внутри.

Красный нос девушки, опухшие глаза — этого уже было более чем достаточно, чтобы убить любого. Женщина не должна плакать! Никакая! А уж тем более, не его временная жена!

Голубые глаза не мигая смотрели на Рокаэля, а из груди девушки вырывалось судорожное дыхание. Слезинка скатилась по щеке Оливии, и внутри мужчины что-то треснуло.

— Что он сделал? — тихо спросил Рокаэль, сам не замечая, как до боли сжал ноги девушки.

Мягкая ладонь, тронувшая его руку, немного привела в чувство, и мужчина ослабил хватку. Под кристально чистыми небесами глаз он чувствовал себя спящим вулканом, который вот — вот пробудится, и все вокруг покроется кровавой лавой, не оставляя места ничему живому.

— Он тебя тронул? — пристально смотря в лицо девушки, спросил Рокаэль.

Взмах ресниц, и исчезает полупрозрачная пелена слез. Еще взмах, и грудь девушки двигается более размеренно. Вернувшееся самообладание, конечно, похвально, но напряженный мужчина ждал ответа.

— Нет, — хрипло ответила Оливия, и удушливая змея эмоций расслабила свои кольца вокруг Рокаэля. Этот смертник еще поживет.

— Тогда почему? — не стал договаривать вопрос мужчина, внимательно оглядев комнату. Не тронутая обстановка немного успокоила Рокаэля, и он требовательно посмотрел на Оливию.

Девушке не нужно было продолжать, она и так поняла, что хотел от неё этот дракон…

Видеть его коленопреклонным оказалось для девушки настоящим испытанием. Слезы застряли в горле, и Оливия не могла оторваться от изумрудных глаз. Такой жесткий и одновременно чуткий, готовый разрезать одним ударом и склеить этими же сильными руками. Он действительно переживал за неё.

Шторм чувств поднялся в сердце Оливии. Она чувствовала, что сейчас тревога мужчины вызвана не навязанной опекой, она шла от него самого. В глазах цвета мокрой листвы отражались молнии чувств.

Как завороженная, девушка забыла о причине своих слез, и протянула руку, касаясь скулы мужчины. Оливии хотелось убедиться, что это не плод воображения, и теплая кожа под пальцами девушки ударила током, возвращая в реальный мир.

Это и правда был её наставник. И одновременно не он — незнакомец, так горячо переживающий за девушку. Оливия как будто заново знакомилась со своим временным мужем.

— Просто нервы потрепал, — призналась девушка, поежившись от воспоминаний о минутах наедине с Маркелем.

Тело Рокаэля так и не расслабилось. Оливия прекрасно видела, насколько напряжены были мышцы мужчины. Оттолкнувшись руками от кровати, он резко поднялся на ноги и замер, окидывая фигуру девушки взглядом.

Почувствовав себя неловко, Оливия опустила глаза, а когда подняла — Рокаэль уже стоял у лежащей на полу двери и рассматривал свернутые петли. Непроницаемое выражение лица вернулось к нему, не позволяя больше ни одной эмоции проскользнуть наружу.

— Займи пустые покои, а завтра тебе починят дверь, — сказал Рокаэль и вышел.

Чувствуя себя пьяным, он пытался стряхнуть с себя паутину ненужных эмоций. Отражение в зеркале мелькнуло на стене, и мужчина замер, не узнавая сам себя. Глаза блестели в темноте так, как будто у него была лихорадка. Чертовы инстинкты! Они только мешают!

Рокаэль закрыл глаза и представил разгар битвы двадцатилетней давности. Море крови, обрубки тел и острые лезвия. Вот для чего он живет.

Открыв глаза он встретился с ледяными зелеными осколками глаз, которые так привык видеть в зеркале. Теперь можно идти спать. Вот только заглянет к одному ящеру и на боковую.