Темная фигура Пустынного духа скользнула к таинственной стене и застыла в паре метров от нее. Взмах рукой — и поверхность стены подернулось серой дымкой, а потом и вовсе превратилась в зеркало, где я смогла увидеть свою напряженно застывшую фигуру.

Оливия не испытывала к Пустынному духу благоговения, не трепетала перед его силой, опасаясь его как врага, а не как божество, с которым иногда сравнивали его пустынные драконы. Сама девушка могла испытывать такие чувства только к нему — к своему Снежному пламени, так ласково лизавшего лепестками синего огня её ладошки в детстве.

Да, сейчас с кулоном она стала воспринимать волшебное пламя более приземлено, поняв, что и оно преследует свои цели, как и все живое. Но даже в мыслях она не могла сравнить тьму Пустынного духа и яркость Снежного пламени.

А тем временем отражение на зеркальной стене исчезло, и Оливия увидела перед собой Навира, сражающегося с одним из пустынных драконов в тесных туннелях Подземного царства. Вокруг этой пары царил хаос, мелькала сталь и брызгала кровь, и девушке показалось, что Пустынный дух зло усмехается над этой сценой. Как кукловод, который расставил своих марионеток по нужным местам, он с наслаждением наблюдал за сражениями снежных, огненных и своих. Одна картинка битвы сменялась другой, и темная фигура духа практически прилипла к 'зеркалу', впитывая энергию агрессии и силы.

Каждый раз, когда тело пустынного дракона покидала душа, темная фигура становилась все больше. Страшная догадка пришла девушке в голову, и она решила рискнуть:

— Вы хотите погубить свой народ?

Пустынный дух не ответил сразу, но его темная фигура вместо методичных покачиваний замерла на месте. А Оливия терпеливо ждала ответа, перебирая в голове факты, из которых собиралась ужасающая картина.

Пустынный дух всегда знал, что происходит в его туннелях. Он почувствовал её присутствие сразу, как только она провалилась под землю, и подталкивал её в нужных направлениях. Дух специально разбудил девушку в приемном зале Вулуса, и направил её на встречу снежным и огненным, как только они спустились вниз, хотя заранее вряд ли знал о них, припася дочку снежного лорда как козырь…

— Да, — тихим ответом Пустынный дух прервал мысленные рассуждения девушки, и её глаза широко распахнулись от услышанного, сказанного уже во весь голос: — Предателям дорога только в бездну.

— Но это же Ваши создания, Ваши дети! Вы питаете их своей силой! — Оливия с ужасом представила, как может Создатель отказаться от своих творений, обладающего душами.

— Я уже несколько недель не питаю их, — взглянув черными провалами глаз, сказал дух.

— Но… почему? — Оливия задала вопрос, надеясь, что не поплатится за свое любопытство.

Темная фигура подобралась и резко отвернулась к 'зеркалу', на котором мелькали полные отчаяния лица пустынных драконов, ответив:

— Потому что они хотели отказаться от меня! Сделать ловушку, скормить бездне, а сами присягнуть на верность Снежному пламени, — последние слова он буквально выплюнул, а кулон на груди девушки нагрелся. Но почему до этого сапфировая слеза не подавала никаких знаков? Оливия уже было думала, что сила волшебного пламени иссякла, но кулон вновь ожил, и явно подавал ей знаки, вот только она никак не могла их понять.

— Я видела бездну… — заметив, что дух замолчал, девушка попыталась разговорить его, подумав, что возможно именно это хочет от нее кулон. Но после вопроса он стал обжигающе горяч, и она подумала уже, что совершила ошибку, но на её удивление Пустынный дух ответил:

— Да, это так. Я совершил ошибку несколько лет назад, и так Мироздание опять гонит меня и мой народ с места. Только в этот раз мои дети не захотели перебираться в другой край Пустынных земель и заново строить быт. Они решили меня предать!

Дух взревел в ярости, махнул рукой и картинка в 'зеркале' сменилась. Теперь на ней подземный король Вулус что-то горячо обсуждал с предводителем гномов Мириком, держа наготове меч и косясь куда-то в сторону. Возможно, они ожидали нападения с минуты на минуту.

— Это все он! — зло шипел дух. — Не только Мироздание не простило мне ошибку, но и тот, кому я доверил управлять моими созданиями! Он втихую взрастил в них семя сомнения, и они решили отречься от меня!

— А Вы узнали…

— Я в каждом клочке земли, в каждом камне. Как я могу не знать что-то в своих владениях? — гордо ответил дух, вновь упиваясь все новыми и новыми поражениями пустынных. А Оливия отводила глаза, стараясь не смотреть на страшные картины. Ведь там, подстроенное легкой рукою духа, трое пустынных оказывались против десяти снежных и огненных. Заранее проигрышный расклад…

Кулон стал обжигать кожу так, что Оливии пришлось за веревку немного приподнять его над кож. На месте, где лежал кулон, теперь алел красный круг и девушка бросила настороженный взгляд на темную фигуру. Как бы он не заметил частичку волшебного огня Снежной долины в кулоне…

Но дух впитывал свою силу обратно, становясь все больше и больше, не замечая ничего вокруг. Оливия начала беспокоиться, а не станет ли он и правда таким всесильным, получив силу своих созданий назад, что действительно сможет поработить и снежных и огненных?..