Матерясь про себя, я поднялся и побрел в сторону здания аэропорта. Голова гудела, тело не слушалось, а во рту поселился неприятный кислый привкус. Мне удалось поспать три часа, и я с удовольствием бы проспал ещё три раза по столько, но заснуть в раскаленной от жары машине было невозможно, а бензина в баке осталось слишком мало, чтобы спать с заведенным мотором и включенным кондиционером.

Зал аэропорта встретил прохладой. С полчаса я дремал на жестком пластиковом сиденье, пока не дала о себе знать больная спина. Открыв глаза, я с раздражением плюнул на пол и направился в бар на втором этаже.

– Пинту Гинесса, — сообщил я бармену, пересчитав свою наличность. Мне пришло в голову, что я доселе ни разу не пробовал знаменитого бренда. Знаменитый бренд показался безвкусным и пресноватым, однако самочувствие улучшилось.

– Тоже рейс задерживают? — обратился ко мне атлетично сложенный двухметровый загорелый парень с растрепанной копной соломенных волос, оценив мой помятый вид. — Я вот уже пятый час тут коротаю.

– Ну, э-э-э… как бы вот, — хмуро отреагировал я, слегка смутившись

– Два Хайнекена, пожалуйста, — обратился он к бармену. Английский парня был почти безупречен, но в нем слышался легкий европейский акцент. — Разреши угостить тебя пивом с моей Родины.

– Ты из Германии что ли? — поинтересовался я чуть более дружелюбно.

– Из Голландии, — белозубо улыбнулся тот, — Меня зовут Адам.

Парень протянул руку.

– Пол, — я пожал протянутую руку, — я из России.

– О! Россия? Я всегда хотел там побывать! — Адам оживился. — Увас есть там серфинг?

Следующие три часа пролетели незаметно. Я рассказывал про Россию, а Адам рассказывал про Голландию и платил за пиво.

– Нет-нет, — отверг он мое нерешительное (цены в аэропорту кусались) предложение оплатить раунд.

– Я богат, — бесхитростно сообщил он, — живу с процентов от наследства, и все время путешествую. Следую за волной!

Он рассказал, что сёрфил уже во всех частях планеты и очень расстроился, что в России нет сёрфинга. Адам с жаром описывал места, где успел побывать, но больше всего нахваливал свои любимые Нидерланды.

– У нас лучшая система социального обеспечения в мире! — гордо заявил он, — самая чистая природа и еда.

Единственной проблемой, по его словам, был огромный приток эмигрантов.

– В Голландии так хорошо, что все хотят там жить, — грустно заключил он.

Когда объявили, что самолёт брата приземлился, мы расстались уже совершенными друзьями. И даже обменялись адресами.

– Обязательно останавливайся у меня, если будешь в Амстердаме! — сказал Адам.

– Да-да, ты тоже, — уклончиво ответил я и пошёл в зал ожидания.

Весь путь до Нью-Арка Дима пребывал в напряжении, но ничего незапланированного больше не случилось. Боинг мягко коснулся колесами взлетной полосы, и через несколько минут Дима ступил на территорию США.

Негр на таможне подозрительно уставился в паспорт и выдал что-то, что Дима совершенно не понял. Все страхи и волнения моментально вернулись.

– Что-что? — запинаясь, переспросил Дима. На сей раз он разобрал, что нечленораздельный негр интересуется «какова цель его, Димы, визита в их страну».

– Бизнес! — облегченно выдохнул Дима, расплывшись в улыбке.

Негр нахмурился и выдал какой-то совершенно витиеватый гортанный клёкот.

– Ноу андерстенд, — честно признался Дима. Зануда-негр распереживался и довольно эмоционально спросил что-то, что Дима интерпретировал как «А какой может быть бизнес, если «ноу андерстенд?»»

Почва стала уходить из-под ног. Дима понял, что от ответа на этот важный вопрос может зависеть судьба всей его жизни. Но, хоть убей, нужные английские слова разбегались и прятались в самых далёких закоулках мозга. Капельки пота выступили на висках. Казалось, если прислушаться, то можно услышать, как в голове у Димы натужно скрипят шестеренки. И вдруг из глубин подсознания красивый женский голос пропел фразу из старой рекламы: «Инва-а-а-айт — просто добавь воды!».

– Инвайтед!!! — выкрикнул Дима так, громко, что соседняя очередь на секунду перестала гудеть и повернулась в его сторону. Негр брезгливо поморщился и опустил печать на страничку загранпаспорта:

– Добро пожаловать в Соединённые Штаты Америки! — хмуро пробубнил он, возвращая документ.

«Встреча на Эльбе» была эмоциональной. Крепко обнявшись, мы долго хлопали друг друга по плечам, улыбаясь, как два дебила.

– Ну, надо вещи твои забрать! — сказал я, — багаж вон там выдают.