Затем путники направились туда, хотя эта дорога уводила их глубже в Пустоту.

Здесь они и оказались — несколько прекрасных толстых тыкв со зрелыми глазками. Загремел уселся возле самой большой.

— Отдохните пока, — посоветовал он. — Это может занять много времени. Ведь я сначала должен найти коня тьмы, затем сразиться с ним, потом договориться с кобылицами.

Танди ухватилась за его лапищу обеими маленькими ручками: — О Загремел... Я так хочу помочь тебе, но боюсь идти в тыкву...

— Не смей входить в тыкву! — воскликнул Загремел. — Просто оставайся рядом, чтобы тебя не отделило от меня стеной и при необходимости ты могла меня вытащить, — грубовато прибавил он.

— Да! Да! — В глазах Танди блестели слезы. — Загремел, у тебя хватит сил? Я не должна была обрушивать на тебя свой гнев...

— Мне нравится твой гнев. Отдыхайте и ждите ночных кобылиц, какой бы дорогой они ни пришли.

— Кошмары-то я точно увижу, — обречено сказала Танди.

Загремел взглянул на Чем.

— Присмотри за ней, — сказал он, высвобождая свою лапищу из рук Танди.

— Хорошо, — согласилась кентаврица. И Загремел заглянул в глазок.

Он обнаружил, что вылетает из пирожного мира в огромное пустое пространство. Он мягко приземлился. Рвоты здесь не было. Очень приятный мир.

Пол был твердым, как металл, и гладко отполированным; ноги огра оставляли на поверхности грязные следы. Воздух, казалось, слегка светился. Больше здесь ничего не было.

Загремел огляделся. Ему пришло в голову, что, если конь тьмы здесь, придется потратить слишком много времени на поиски, поскольку пространство это казалось беспредельным. Требовалось как-то сузить область поиска.

Загремел знал, как это сделать. Он затопал вперед, разворачивая за собой веревку. Он пересечет всю эту область, как бы велика она ни была. Загремел продвигался вперед; веревка превратилась в бесконечную, исчезающую вдали линию, делящую равнину пополам.

Это может, понял огр, занять еще больше времени, чем он надеялся. Поскольку девушки ждут там, вовне, и не смогут пока отправиться на поиски еды и воды, он хотел побыстрее покончить с этим. А потому нужно каким-то образом ускорить поиски.

Он снова призвал на помощь свой интеллект. Как легче всего обнаружить существо, которое не желает обнаруживать себя?

Ответ: пойти по его следу.

Огр пригляделся к полу. Теперь, сосредоточившись, он различил следы копыт, пересекавшие линию веревки по диагонали справа налево. Следовать по ним будет несложно!

Но интеллектуальное проклятие, по обыкновению беспокойное, заставило его задуматься, а так ли проста эта процедура. Следы появились в подозрительно удачный момент, как раз тогда, когда он собирался их искать, словно он и должен был их найти. Он знал, что выслеживать — далеко не всегда такое легкое дело, даже когда следы видны отчетливо. След может путаться, петлять, а затем вовсе пропасть на скверной земле. Когда дичь знала, что ее выслеживают, охота становилась опасной, — а конь тьмы знал это наверняка. Он мог пуститься на разные хитрости и уловки.

Нет, играть в игры коня тьмы Загремел не станет. Не стоит верить этому следу. Это ловушка, рассчитанная на обычного огра. Лучше заставить коня тьмы играть в Загремелову игру — если враг не знает о тайне его интеллекта, это может стать хорошим оружием. Умный огр сильно отличается от глупого огра.

Загремел двинулся вперед, следуя прежним прямым курсом, делившим территорию пополам. Это ограничит и возможности коня тьмы — насколько Загремел понимал правила игры, тот не может появиться там, где Загремел уже искал его, а значит, не пересечет черту.

Однако территория казалась неизмеримой; можно брести вечно и никогда не дойти до противоположной стороны. Да Загремел ведь и не от границы шел — он начал путь с того места, куда свалился. Кроме того, уменьшить вполовину территорию поисков вовсе не означало вдвое облегчить поиски — и половина бесконечности остается бесконечностью. К тому же если не знать, в какой половине искать коня тьмы, ничего не выиграешь. А если Загремел потратит все свое время на поиски в другой половине, его поражение обеспечено.

Загремел задумался. Его интеллект работал вовсю. Косящие глаза, похоже, напрягались изо всех сил, силясь разглядеть дорогу в бесконечности. В пользу интеллекта можно было сказать одно: он действительно пытался помочь. Интеллект никогда не противопоставлял свою волю воле огра; напротив, он пытался привлечь внимание Загремела к особенностям любой ситуации, с которой они сталкивались, и найти лучшее решение. Оставшись на некоторое время без помощи интеллекта, Загремел осознал, как эта помощь ему полезна. Теперь интеллект снова стал ему необходим. Как же решить проблему наиболее быстро и эффективно?