– Это было нечестно, меня подставили, я никого не убивал!- закричал малыш, раздуваясь как медуза.

Я опустил руку с бомбой, которую было занёс, чтобы уничтожить его.

– А куда деваются привидения после смерти?
– спросил я его.

– Никуда. Не знаю... наверное возвращаются на первый уровень, чтобы начать всё сначала.

– А...игроки?

– Становятся одними из нас.

– Подожди, тут же простая математика. На каждом уровне постоянное количество, хм, врагов. Игроки прибывают, а куда деваются другие?

Малыш задумался, покачиваясь.

– За этим следит система, она всё решает за нас.

– Откуда тогда тигры?

– Ну, это просто. Если ты умираешь в злобе, тогда будешь тигром, - привидение вдруг заволновалось и растерянно захлопало глазами.

Резкий холод заставил меня обернуться. Сзади стоял "друг" и его широкой улыбке мог позавидовать клоун в цирке.

– Молодец!
– похвалил он привидение,- задержал его, как и договаривались. Теперь иди.

И он сделал резкий выпад в мою сторону, но промахнулся. Я успел добежать до стены и уронить там бомбу, а потом закинуть в пролом стены другую. Оба привидения ринулись за мной. Раздался взрыв, я увидел, что маленькое привидение успело отскочить, а с "другом", похоже, было покончено. Какой, однако, подлый тип!

А что я хотел? Тут каждый за себя.

Исследовав остатки стен, я обнаружил, что все враги, кроме маленького привидения, уничтожены. Однако, пора было заканчивать уровень, и я с некоторой жалостью отправился в его сторону, зажав в руке бомбу. Этот малыш был талантлив, но придётся ему начать всё сначала. Хотя, система будет решать за него, жить ему или исчезать бесследно.

Он тоже понял мои намерения и грустно стоял у стены, не пытаясь убежать.

– Извини, - сказал я, и бросил бомбу.

– Я тебе никогда не прощу...- были его последние слова, прежде чем он исчез.

С тяжелым чувством, как Раскольников, я побрёл к люку. Сел на него и достал листок.

"М" - написал я в третьей пустой клеточке. Материализация...с которой я так и не разобрался, как следует. Но какое отношение имеет она к безсмертию?

Ответ на этот вопрос так и остался висеть в воздухе, а я сам, провалившись сквозь внезапно открывшийся люк, полетел сквозь тёмное пространство на третий уровень.

Глава XII

Безсмертие, образ, материализация, безсмертие, образ, материализация... меланхолично повторял я, летя кувырком через непонятные тёмные скопления, напоминавшие то сгустки чернил, выпущенных каракатицами, то закристаллизованные полосы с торчащими во все стороны остриями. Впрочем, они были бесплотны, только создавая антураж, навевающий тревогу и тоску.

Но вот, падение замедлилось и стало столь незначительным, что я не мог понять, остановился я или всё ещё лечу. Положение было непонятным ещё и потому, что мои ноги продолжали находиться в воздухе, а вокруг не вырисовывалось ничего определённого, за что можно было зацепиться взглядом и взять за точку отсчёта координат.

Паршивое настроение усугублялось тем, что я окончательно запутался. Охотничий азарт, охвативший меня во время прохождения миссии куда-то улетучился, оставив место недовольству собой и горечи, как будто этот уровень был проигран. А дело было в том, что я так и не вспомнил, кто я и что здесь делаю. К этому добавилось неудовлетворённость тем, как прошла игра. Я так и не научился материализации, и даже маленькое привидение продвинулось значительно дальше меня в этом вопросе...

Однако, дальнейшее висение в воздухе было непродуктивным, и мною был предпринят ряд попыток, чтобы найти точку опоры. Перемутив все чернильные пятна и взбив из них пену, в конце-концов я расслабился, потому что вспомнил о том, что в игре - свои законы, отличные от того, что хранилось в моём мысленном багаже принесённом неизвестно откуда.

Я стал вспоминать.

Моё мало-мальски осмысленное путешествие началось с заявления Игроку о том, что я безсмертен, но честно говоря, у меня пока не было никаких тому доказательств, способных убедить кого-либо или позвать за собой в светлые дали безсмертия. Но то, что эта мысль была правильной - вне всякого сомнения, ибо с того момента игра началась. Вспомнив об этом, я почувствовал некоторое удовлетворение.

Продолжая свою мысль о безсмертии, я вспомнил, что это прерогатива Бога или, если угодно, богов. Получается, что только Бог знает, что с этим делать. Ну, у него-то понятно, дел невпроворот. Он заварил такую кашу, что теперь отлучиться от котла не может. Ждёт, пока что-то путное из этого выйдет.

Я засмеялся про себя, представив себя в котле с кашей. А что, довольно похоже. Я оглядел размытые очертания непонятной взвеси, плавающей вокруг меня.

Вспомнив, что не освоил как следует материализацию, решил попробовать слепить что-нибудь из "каши". Первое, что пришло в голову - бублик. Или "тор" - по-научному. И не потому, что был голоден, но надо же с чего-то начать. Я уставился прямо перед собой, изо всех сил представляя себе бублик с маком. Но даже очень сильное напряжение лобных долей (так, что даже заболело за ушами) ничего не дало мне. "Каша" продолжала индифферентно висеть перед самым моим носом.