И где же я всё-таки совершил ошибку?

Неужели это результат слепого следования словам Великих Учителей?! И результат того, что отступил от своего пути, который выстраивал сам. На кой мне нужен был этот враг? Если у меня его не было, значит так нужно. А что теперь? Ни врага, как такового, ситуация идиотская, вокруг бандиты, да ещё и менты избили.

"Ну и чему я научился?"- спросил я себя с некоторым раздражением, снова включая игрушку.

– Погодин!
– раздался сиплый голос Бачилко, - на выход!

"Тьфу ты!" Я отключил бомбермэна и положил в карман.

Меня проводили в кабинет к Деньгину.

– Мы с вами не закончили, - без всякого вступления сказал следователь.

– Теперь можем продолжить, но только в присутствии адвоката, - сказал я, почувствовав, что на сей раз мой голос звучит твёрже.

– Не возражаю, но нельзя же, по всяким пустякам беспокоить адвоката. Мы можем и без него разобраться, - он пошуршал какими-то бумагами и достал несколько фотографий, - просто скажите, вы когда-нибудь встречались с этими людьми?

Я взял фото, не видя подвоха в том, чтобы посмотреть на эти лица. Рассмотрел. Некоторые были мне знакомы, некоторые нет. Ко мне многие приходили на занятия, некоторые по одному разу, и больше не возвращались.

– Кое с кем я встречался, а что?

Деньгин быстро начал строчить что-то на бумаге.

– А вот этот человек, что вы о нём скажете?

Я пожал плечами:

– Видел когда-то давно. Не помню кто это.

– Зато он вас хорошо помнит. Это тот, с которым вы делились идеями, что можно вводить людей в гипноз и внушать, чтобы они подписывали на вас имущество.

– Какой бред!

– А вот и нет. Глядите, здесь его заявление, что вы вместе проходили курсы э...эрик... ну не важно, гипноза и вы там отличились так, что получили второй углублённый курс бесплатно.

– Допустим.
– Я вспомнил этого человека, он лечил гипнозом ожирение у дам.- И что из этого?

– А то, что вы оставляли после занятий некоторых учеников и демонстрировали им сеансы гипноза, это так?

Я понял, куда он клонит, но соврать не мог.

– Так.

Николай снова что-то записал.

– Это были сеансы гипноза? Зачем вы вводили людей в гипноз?

– Это был ретро-гипноз.

– Ретро или нет, но лицензии на проведение лечебного гипноза вы так и не получили. Верно?

– Мне она не нужна.

– Ошибаетесь, Андрей Михайлович, - ещё как нужна. А вы знаете, что гипноз имеет противопоказания?
– спросил он меня, взглянув в какой-то листок.
– Психозы, маниакально-депрессивные синдромы, шизофрения...

– Разумеется, знаю.

– Откуда вам знать, что тот, кого вы погружали в гипноз, не шизофреник?

Я задумался. Почувствовал, что формально он прав, не мог же я сказать следователю, что сначала просматриваю образы человека и на этом основании делаю заключение, что с ним всё в порядке?

– Прочтите и подпишите.
– Деньгин протянул мне бумагу, на которой писал всё это время.

Я увидел его внутреннее ликование, как будто у него были только козырные карты, а мне крыть было нечем.

Прочтя всё, о чём мы говорили, убедился, всё было правильно, ничего лишнего следователь не написал.

– С моих слов записано верно...
– стал диктовать мне Николай, как вдруг в дверь постучали и вошёл Михаил Андреич.

– Не помешал?
– спросил он бархатным голосом и взял у меня из рук лист.
– Позвольте? Как же так, Николай Григорич, допрашиваете подозреваемого без адвоката?

– Вот дьявол, - пробурчал Деньгин, пытаясь выдрать из руки у адвоката лист, который тот изящно и крепко держал двумя пальцами.

– Давайте-ка разберёмся с тем, что здесь написано, и главное для чего?
– спросил меня Михаил Андреич, нахмурив брови.

Я понял, что дал маху, так как ничего не понимал в судебных хитросплетениях. Понятно, что моё признание архивыгодно для Деньгина, но как с ним бороться я не знал. Это вам не простой энергетический вампир.