Я кивнула, ощущая какое-то липкое волнение.

– Ох, хорошо. Спасибо, - отозвалась я.

Доктор Ли кивнула, и мы как-то неловко замерли, молча глядя друг на друга. Я чувствовала себя очень неловко под пристальным взглядом тёмных блестящих глаз доктора Ли.

В тот момент, когда я собралась развернуться и уйти, я заметила, что на полу возле моих ног что-то лежит.

Я скорее на автомате наклонилась и подобрала маленький ровный квадратик фотографии, а когда поднесла фото к свету, сердце едва не рухнуло куда-то в желудок. На фотографии был мой отец. Эта была фотография давних лет, на ней отец выглядел моложе, но в остальном практически так же как и сейчас. На фото он был не в полный рост, это был портрет. Папа был одет в свой лабораторный халат и находился видимо здесь - на фоне были видны пыльные стены технических помещений Мемориала.

На фотографии папа радостно улыбался. Его волосы были аккуратно причёсаны, а глаза чуть прищурены. Здесь он был счастлив. Я почувствовала странный укол тоски, глядя на эту фотографию.

– Ох...Это, наверное, моё...- взволнованно, почти испуганно произнесла доктор Ли.

Я посмотрела на доктора Ли. Мэдисон упорно не смотрела на меня, глядя куда-то в стену и теребя пуговицу на халате, она протянула дрожащую руку ко мне и, мельком посмотрев на меня, едва покраснела.

Это был мой шанс. В конце концов, я имела право знать правду.

Я вдруг почувствовала, как меня скрутило от ревности к папе. И от давнего, такого знакомого мне сожаления о том, что мамы нет в живых.

– Доктор Ли, - с подозрительным прищуром, спросила я.
– Вы...У Вас что-то было с моим отцом?

Доктор Ли испуганно распахнула глаза.

– Боже мой, нет, конечно...
– прошептала она, волнуясь.
– Нет, Кайли, поверь мне. Твой отец всегда любил только Кэтрин и...нет, у нас никогда с ним ничего не было.

Она пыталась скрыть свои эмоции под равнодушием, но эта тоска, это сожаление в её глазах не могли ускользнуть от меня. То, что она говорила было правдой. И она жалела о том, что это было правдой.

– Вы любите моего отца, да?
– резковато спросила я, протягивая ей фотографию.

Я думала, что она сейчас же уйдет, не отвечая на мои вопросы, но этого не произошло. Она быстро забрала фотографию, сунув её в карман, затем вздохнула и уже более уверенно посмотрела на меня.

– Нет, Кайли, - ответила она мне, нахмурившись.
– С чего ты это взяла?

Я растерялась, но отпустить её так просто тоже не могла - это и моё дело тоже. И плевать, если я покажусь бестактной или глупой.

– Я видела, как Вы смотрите на него, - сказала я тихо, глядя на Мэдисон.
– Видела, как радуетесь его возвращению и как переживаете за него...

– Это неубедительный аргумент, чтобы считать, что я что-то чувствую к твоему отцу, правда?
– ласково усмехнулась доктор Ли, прикрывая глаза и устало вздыхая.
– Нет, Кайли, я...нас с Джеймсом связывает только дружба, и я им очень дорожу, как другом. Это всё. Правда.

Она искренне и открыто улыбнулась мне, глядя на меня как на маленькую девочку, совсем ничего не понимающую в отношениях взрослых людей. Я тихо выдохнула, ощущая что-то подобное разочарованию - кажется, она мне солгала. Но правды мне из неё не выбить, это очевидно.

Я взяла себя в руки, натянуто улыбнулась доктору Ли и кивнула.

– Хорошо. Спасибо, что рассказали мне всё это, - сказала я и, пожелав Мэдисон спокойной ночи, развернулась и ушла в темноту коридора.

Этот вечер был одним из самых чудесных в моей жизни. Мы пили чай в папиной комнате, смеялись и обсуждали проект. Мы вспоминали то, что было нам дорого, то, что уже осталось в прошлом и чего уже никогда не вернуть.

Именно в эти прекрасные часы, я думала о том, что моя жизнь стала совсем другой.

Со мной рядом были новые друзья, новые люди, которые делились со мной своим дружелюбием и добротой. Со мной рядом был Рэй, понимающий и любимый, мой Догмит, верный пёс, полюбившейся моим новым друзьям. Эти дни, заполненные заботами, хлопотами, трудолюбием и сладким отдыхом, они лечили меня.