Элида посмотрела на мерцающие огни лагеря для военнопленных, и холодок прошел у нее по спине. Армию, сокрушившую все сопротивления, о которых Фаннула когда-то шептала в ходе долгих ночей, которые они были заперты в той башне, в Перранте. Возможно, сама Лидер Крыла возглавила бы ту армию, на крылатом драконе с мерцающими крыльями.

Свирепый, прохладный ветер дул в гнездо, и Элида окунулась в него, проглатывая его, словно это была пресная вода. Было столько ночей в Перранте, когда только воющий ветер был ее компанией. Когда она могла поклясться, что он пел старинные песни, чтобы склонить ее в сон. Здесь...здесь ветер был холоднее, изящнее — почти как серпантин. Занимательные, такие причудливые вещи, которые будут только отвлекать вас - Фаннула бы упрекнула ее. Ей было жаль, что няня не здесь.

Но желание не дало хоть что-то хорошее за эти последние десять лет, Элиде, Леди Перранта. Никто не придет за ней.

Вскоре, она успокоила себя — вскоре, очередной караван будет ползти вверх по горной дороге, и когда он вернется, Элида залезет в один из вагонов, бесплатных в конце концов. И тогда побежит куда-нибудь далеко-далеко, где никогда не слышали о Террасене или Адарлане, и оставит этих людей с их жалким континентом. Через несколько недель у нее будет, возможно, шанс вырваться.

Если она выживет до этих пор. Если Вернон не решит что-то сделать, ведь он действительно имел некоторые нечестивые цели, притащив ее сюда. Если она не попадет к этим бедным людям в клетке, внутри окружающей горы, крича для спасения каждую ночь. Она услышала, как другие слуги шептались в темноте о том, что происходило под теми горами: люди, раскинувшиеся на черном камне алтаря, а затем переплавляющиеся в нечто новое, нечто иное. За какие жалкие цели, Элида еще не узнала, и к счастью, за исключением крика, она никогда не сталкивалась с тем, что ломалось и соединялось под землей. Ведьмы были достаточно плохи.

Элида вздрогнула, когда сделала еще один шаг в огромной камере. Хруст сена под ее слишком маленькими ботинками и лязг цепи были единственными звуками.

Л-ли-дер К-крыла.

Рев прокатился по воздуху, камням и полу, столь громкий, что ее голова закружилась, и она вскрикнула. Падая назад, когда она подскользнулась на сене, ее цепи запутались.

Жесткие, железные ногти впились в ее плечи и удержали в вертикальном положении.

Если ты не шпион.
– Злой голос мурлыкал ей на ухо.
– Тогда почему ты здесь, Элида Лочан?

Элида не притворялась, когда ее руки дрожали, когда она протянула письмо, не смея пошевелиться.

Лидер Крыла обошла ее, кружа над Элидой, как над добычей, ее длинные белые косы сочетались с ее летным снаряжением.

Детали ударили Элиду словно камни: глаза, как жженое золото; лицо настолько невероятно красиво, что Элида потеряла дар речи; худое, отточенное тело и устойчивая, гибкая грация в каждом движении, каждом вздохе, что внушала Лидер Крыла, которая легко может использовать ассортимент ножей на ней. Человек, только бессмертный и хищный в любом смысле.

К счастью, Лидер Крыла была одна. К сожалению, эти золотые глаза не хранили ничего, кроме смерти.

Элида сказала:

Э-это пришло для вас.

Заикание было подстроено. Люди обычно не могли дождаться, чтобы уйти, когда она запиналась и заикалась. Хотя она сомневалась, что народу, который управлял этим местом, было бы безразлично заикание, если они решили повеселиться с дочерью Террасена. Если Вернон передал ее.

Лидер Крыла прошлась по Элиде взглядом, когда забирала письмо.

Я удивлена, что печать не повреждена. Хотя, если бы ты была хорошим шпионом, ты бы знала, как это сделать, не повреждая воска.

Если бы я была хорошим шпионом.
– Элида вдохнула.
– Я могла бы также уметь читать.

Немного правды, чтобы умерить недоверие ведьмы.

Ведьма моргнула, а потом принюхалась, словно пытаясь обнаружить ложь.

Ты хорошо говоришь для смертного, а твой дядя Лорд. И все же ты не можешь читать?

Элида кивнула. Больше, чем нога, более тяжелым был этот жалкий недостаток, который преследует ее. Ее сиделка, Фаннула, не могла читать, но Фаннула научила, как принять к сведению вещи, чтобы слушать и думать. В течение долгих дней, когда им нечего было делать, кроме вышивания, ее няня учила ее отмечать маленькие детали — каждый стежок — а также никогда ничего не терять из виду.

Наступит день, когда я уйду, Элида, и каждое оружие в твоем арсенале должно быть острым и готовым ударить.

Ни один из них не думал, что Элида может быть тем, кто уйдет первой. Но она, не оглядывалась назад, даже ради Фаннулы, когда убегала. И когда она обнаружила новую жизнь, новое место ...то никогда не смотрела на север, к Террасену.

Она не спускала глаз с земли.

Я-я знаю основные буквы, но мои уроки прекратились, когда мне было восемь.

По воле вашего дяди, я предполагаю.
– Ведьма помолчала, поворачивая конверт и показывая буквы на письме, нажав на них железным ногтями.
– Это говорит Манона Черноклювая. Если ты увидишь что-нибудь подобное снова, принеси мне.