Что ж, для тех, кто не знал, что тут вообще творится, я могла сказать только одно: «Добро пожаловать в Западный клан Охотников Огаста!»

— Дэрек! — Кристофер — второй по старшинству Охотник, неплохо владеющий топором, пробивался сквозь толпу к его кабинету, отталкивая парней мощными руками, обрисованными татуировками. — Если это демоны, и они близко, нужно нападать сейчас!

Все поддержали его, кивнув, и припав к окнам, открывающим вид на вечерний сад. Мэйсон, которому, похоже, было слегка наплевать на чрезвычайную ситуацию и бардак в доме, ковырял клинком в зубах, безмятежно опершись о стену — фу! — какой же он мерзкий…

— Дэрек! — Кристофер дернул ручку двери — заперто — и нахмурил густые брови. — Че-ерт!

Нежданчик… И где сам глава клана, когда он так нужен? Тем более, кто, кроме него, мог врубить систему оповещения?

— Демоны не будут ждать, — а это говорил Артур, выключив сигнализацию. Он ступил вперед, и все взгляды вперелись в него. В принципе, я тоже стала на него пялиться — поправочка — стала пялиться на его задницу, которая с этим пакетиком казалась… больше. И аппетитнее.

Так, прекрати, Фрост — ты уже превращаешься в грандиозную извращенку.

— Мы должны действовать прямо сейчас и…

— И это кто смеет раздавать указы без моего ведома?

В качестве лидера Артур, конечно, выглядел довольно неплохо и даже — классно, и это нравилось всем, за исключением придурка Мэйсона, перешедшего к чистки зубов мудрости, и Дэрека. Грозный, как само небо в ураган, он перебил речь своего сына, ввалившись в открытую уличную дверь. Плащ главы развивался, словно парус на ветру, когда он шел к нам — наверное, это эффектное появление заставило всех Охотников задержать взоры на нем. Но лишь один Артур не спешил на него смотреть, лениво оборачиваясь.

— Отец…

— Положите оружия, — велел Дэрек, задрав греческий нос. — Немедленно. Тревога вызвана кое-чем другим, не менее важным.

Я посмотрела на Артура — он кивнул — и лишь потом опустила, к удивлению, не сходящий с ума клинок на пол. Следом попадали булавы, мечи, клинки и прочие предметы, служащие хорошими средствами для убийства демонов. Часть Охотников с ужасом уставилась на Дэрека, другая — оглядывалась, словно где-то поблизости мог находиться какой-нибудь адский гад (в чем я сомневалась — лезвие, предупреждающее об опасности, пока не светилось сильно). Тогда, в чем же дело? Раз не одно, значит — другое…

— Собираемся на экстренный саммит. Сейчас же.

Ох!

Артур непонимающе надломил бровь.

— Сейчас? Отец, что происходит?

Наступило гробовое молчание, разбавляющееся только чавканьем Доусона, вцепившегося в третью булочку, — вот обжора! Даже Нэнси, замершая рядом с этим громилой, которую меньше всего должны были трогать наши дела, волновалась гораздо больше него.

Дэрек окинул всех взглядом, прежде чем сказать:

— Восточный клан сообщил нам одну неприятную новость: кажется, в Огаста снова нагрянули Высшие демоны, и, если мне не изменяет память, их четверо.

VIII

— Высшие демоны — это самое настоящее зло, Айви, — просвещает Артур, указывая на картинку в книге, где изображен человек, ничем не напоминающий исчадие Ада. Глаза парня с картинки поблескивают странным оттенком, и я не выдерживаю — задаю очередной вопрос:

— А они все такие?

— Какие? — его темная бровь изгибается, а губы сжимаются в плотную линию.

Я мешкаю, прежде чем ответить:

— Красивые?..

Щеки вспыхивают румянцем. Мне всего четырнадцать, а я до сих пор не научилась держать язык за зубами, когда это уж очень необходимо. Со мной сидит Артур — парень с нереальной внешностью, который одним взглядом может заставить мое сердце сорваться с тугих цепей и помчаться вскачь, навстречу к не очень светлым мыслям, а потом и — поступкам, а я смею при таком раскладе говорить о других мужчинах? Точнее, о демонах мужского пола…

Артур, несмотря на раздраженность, кивает.

— Но это только их оболочка, за которой прячется нечто ужасное, разрушающее, губящее, подавляющее жизни невинных людей. — Его длинный палец проводит дорожку по хрустящим страницам книги к другому рисунку — более темному и мрачному. — Они ужасны на самом деле. Внутри них пролегает только смрад, Айви… Им не чужды чувства вроде сострадания, — косится на меня, — любви и того прочего. Они намного хуже других демонов, хотя в своих слоях считаются самыми лучшими и почетными. — Вздыхает, скалясь. — Чистой материи зло.

— И в них нет ничего светлого? — я вглядываюсь в рисунок привлекательного парня, стараясь найти в нем нечто то, что противоречит словам Артура, но попытка оказывается тщетной — все потому, что книга закрывается.

Я поднимаю взгляд, вытаскивая руку из листов. Ладонь Артура лежит на толстой корочке Демонической книги, глаза смотрят на меня, будто твердя, что я задала некорректный вопрос — в самом деле?

— Абсолютно ничего, — отвечает Артур, проводя по моей руке пальцами — щекотно. — Они живут, подобно паразитам: уничтожат людей медленно, ради каких-то своих целей, и Высшим далеко плевать, кому они делают худо — это своего рода еще и забава для них.