Она сильнее сжала руки Грэйди и Эделайн, когда кратко рассказывала об опустошении, которое они устроили в Равагог. Глаза взрослых, казалось, расширялись с каждой опасной деталью. Их страх стал яростью, когда она дошла до дальнейшего хаоса с Невидимками, и Софи притянула Грэйди ближе, чтобы он не попытался последовать за Брантом. Олден связался с Советом и попросил, чтобы они послали кого-то, чтобы погасить Эверблейз и начать очищать местность от токсинов, которые просочились в долину из испорченной реки огров. Потом он связался с мистером Форклом - сэром Остином и сказал ему, что Коллектив должен собраться в Хевенфилде.

Софи решила подождать, когда прибудут все, прежде чем рассказать разрушительную правду о лекарстве для гномов. Но Олден имел право получить новости об Альваре в кругу близких друзей.

– Я еще должна сказать тебе кое-что, - пробормотала она.
– Но сначала, ты должен мне пообещать, что твой разум достаточно крепок, чтобы выдержать это.

Олден посмотрел на Фитца и Биану, потом кивнул.

– Подожди, - сказал Элвин, вручая Олдену пузырек, наполненный прозрачной жидкостью.
– Это немного ослабит реальность происходящего, если тебе это будет нужно.

– Конечно же новости не могут быть настолько плохи, - сказал Олден.

– Могут, - прошептала Биана, касаясь отца.
– Альвар - член Невидимок.

Пузырек упал из рук Олдена, с мягким стуком ударившись о траву. Элвин попытался вручить его обратно, но Олден отказался от эликсира.

– Вы уверены?
– прошептал он.

– Абсолютно, - пробормотал Фитц, вырывая куски травы с корнями.
– Также он был одним из похитителей Софи.

Олден закачался, будто слова физически ударили его, и Биана помогла ему опуститься на траву. Элвин попробовал еще раз заставлять его принять эликсир, но Олден отказался, позвав Фитца подойти ближе. Трое Васкеров цеплялись друг за друга и плакали.

Декс повернулся к Софи, и посмотрел на нее взглядом «Сделай что-нибудь».

Грэйди и Эделайн тоже выглядели беспомощными. Даже Там... который мог бы гордиться, что он никогда не доверял Альвару... вытер слезы с серебристых глаз и взял сестру за руку.

Киф, между тем, отошел и сел к ним спиной. Софи присоединилась к нему.

– Альвар был моим героем, - прошептал он.

Она коснулась его руки, гадая, сколько еще предательств мог пережить Киф.

– Не твоя вина, что ты поверил в его ложь.

– Это все равно делает меня идиотом. Плюс...
– начал Киф, глядя в небо, которое казалось слишком розовым и мирным, когда солнце клонилось к горизонту.
– Вчера вечером, когда Альвар спал в моей комнате, он сказал, что я очень напоминаю ему себя.

– У него есть и хорошие качества, Киф.

– Да, но не думаю, что он это имел в виду. Думаю, он пытался завербовать меня.

– Они пытались завербовать и Джоли, помнишь? Это означает, что он думает, что ты талантлив.

– Возможно, - сказал Киф, не глядя на нее.
– Он даже сказал мне обращаться к нему, если мне когда-нибудь что-нибудь понадобится. Сказал, что он считает меня братом.

– Он не плохой. Никто не плохой. Вот, что делает злодеев настолько страшными. Они не отличаются от нас, как мы того хотим.

– Злодеи, - повторил Киф, выговаривая это слово, будто ему на язык попала кислота.
– И они думают, что я могу стать одним из них. Гезен даже сказал, что это был план моей матери...

– И что? Когда ты делал то, что хотели твои родители?
– Она надеялась, что он хотя бы чуть-чуть улыбнется, но Киф только покачал головой.

– Ты беспокоишься о том, что сказал Финтан?
– спросила Софи.
– О твоей маме...

– Мне плевать, что с ней будет.

Должно быть, он все-таки беспокоился о ней, потому что через пару секунд он спросил:

– Как ты думаешь, что Финтан имел в виду под тем, что он может выменять для нее свободу.

– Я не знаю. Но Невидимки никогда не будут помогать нам. Все это уловка, точно также как и лекарство. Это не значит, что мы оставим надежду. Существует много вещей, которых мы не пробовали.

– Каких например?

Софи не могла ничего придумать, но она знала, что они существуют.

– Мы придумаем, хорошо?

Он пожал плечами, что не было ответом.

– Софи?
– сказал Олден, ожидая, что она повернется. Он выглядел бледным, а тени, залегшие у него на лице, состарили его. Но он не казался готовым разрушиться, когда произнес, - Я часто задавался вопросом, откуда Невидимки узнали, что мы нашли тебя. Я никогда не думал, что говорил Альвару, когда Фитц вернулся из Сан-Диего. Он раньше был частью поиска, таким образом, я думал, что он имел право знать... Я должен перед тобой извиниться.