– Наши голоса сильны, - согласилась она.

Гномы разошлись, формируя круг вокруг старого дерева, когда они запели медленную песню. Дерево закачалось, когда корни стали поджиматься. Грязь, камни и обломки были сметены, когда появилось похожее на нору отверстие.

– Веред будет держать выход открытым, - сказала им Калла, когда все гномы за исключением одного нырнули в темный тоннель.

Коллектив последовал за гномами.

Софи посмотрела на своих друзей, гадая, что они чувствовали по поводу того, что они будут рисковать своими жизнями, когда Коллектив только что признался в том, что соврал им.

– Пошли, - сказал Фитц.
– Вперед за Прентисом.

– Кто-нибудь еще думает, что проще было бы нести Фостер?
– спросил Киф, когда Фитц двухмиллионный раз поймал Софи, удержав ее от падения.

В защиту Софи можно было сказать, что там было темно, и корни под их ногами продолжали двигаться. Почему Черный Лебедь не дал ей немного больше координации, когда они переплетали ее гены?

– Почему корни не несут нас?
– спросила Софи.

– Эти древние корни не обладают такой силой, - пояснила Калла.
– Мы бережем их энергию для нашего спасения.

Тоннель сузился, когда они направлялись все глубже и глубже под землю, вынуждая их идти по одному.

– Не могли бы мы, по крайней мере, взять еще один кулон бейлфаер, чтобы осветить это место?

– Это дерево уже достаточно щедро, что предоставляет нам свою силу, - сказал им мистер Форкл.
– Наименьшее, что мы можем сделать, это попытаться не беспокоить его.

– Ты же не хочешь увидеть, что ползает вокруг нас, - сказал Пятно.

Что-то зашелестело около Софи, и она решила поверить на слово.

Она считала свои шаги, и каждый раз, когда доходила приблизительно до десяти тысяч, один из гномов оставался, чтобы гарантировать, что песня удержит тоннель открытым.

– Теперь не долго, - сказал мистер Форкл, когда Калла осталась единственным гномом, идущим с ними.
– И как только мы окажемся внутри, малочисленная команда последует за Прентисом. Остальная часть будет устраивать настолько сильный хаос, насколько может. Визг, Пятно и мистер Сенсен направятся к самых непокорным обитателям. Всеми вашими способностями нужно будет их раздразнить. Просто обязательно продолжайте двигаться, таким образом, карлики не поймают вас.

– Между тем я возьму Деллу и Биану, - сказал Призрак, - и мы будем двигаться к главному входу. Будет похоже, что мы сбегаем, таким образом, они призовут другие патрули, чтобы предотвратить наш побег.

– Это означает, что мы не должны исчезать, когда будем бежать?
– спросила Биана.

– Лишь время от времени, - сказал Призрак.
– Мы должны убедиться, что они следуют за нами... но и не дать им отгадать, что это наше намерение. И как только мы дойдем до Комнаты, где Шансы Потеряны, мы полностью исчезнем и будем пребывать в таком состоянии до сигнала от Форкла.

– Для записи, - сказал Киф Биане, - моя работа звучит лучше.

– Но обе работы одинаково важны, - сказал мистер Форкл.
– Мы надеемся, что все ваши старания создадут достаточное отвлечение для того, чтобы Софи смогла привести нас к Прентису. Мистер Дизней откроет его камеру, и мы с Гранитом направимся к Прентису и подадим сигнал, когда будем готовы уйти.

– А что насчет меня?
– спросил Фитц.
– Кажется, я ничего не делаю.

Декс рассмеялся над этим, но затих, когда Гранит произнес:

– Ты здесь ради Софи. Ей нужно будет на кого-то опереться, чтобы успокоиться и увеличить ее силу, пока она будет разбираться с нашей самой трудной задачей.

– И с какой же?
– спросила Софи.

Мистер Форкл откашлялся.

– Прентиса переместили в один из дополнительных боксов, и мы не смогли определить в какой точно. Представь главную тюрьму как спираль со спиралями меньшего размера, отклоняющимися к наиболее удаленным краям. Боксы были добавлены за века, чтобы там находились особые случаи.

– Он имеет в виду самые опасные случаи, - разъяснил Гранит.
– Еще одна причина, по которой мы не хотим выбрать не тот путь.

– Сколько существует ответвлений?
– спросил Фитц.

– Мы понятия не имеем, - признал Визг.
– Нет никаких проектов Изгнания.

– Так как же я...
– начала Софи спрашивать, но потом она поняла.

– Ничего себе, давайте не будет добавлять рвоту к списку Самых Удивительных Вещей, Которые Мы Должны Сегодня Сделать, - сказал Киф, хватаясь за живот.