— Всё тот же — только немного в другом месте. В Ахайе есть семь центров Силы. И я могу перемещаться между ними. Этот дворец стоит на берегу залива Малин.

— Малин? Вероятно, Маллия, — прошептал Парменион. — Нет ли здесь поблизости ущелья, с названием, похожим на Фермопилы?

— Именно так. В двух днях верхом к югу отсюда.

— Значит, Фивы буду ближайшим крупным городом.

— Нет города с таким названием, — сказал ему маг.

— Белая Госпожа говорила о Кадмосе.

— Какая Белая Госпожа? — вмешался Аттал, но оба собеседника не обратили на него внимания.

— Да, есть Кадмос, самый могущественный город центральной Ахайи, — согласился Хирон, — но он осажден Македонами. Им не устоять против Филиппоса. Каков твой план?

— Нам нужно попасть в Спарту, — сказал Парменион.

— Почему именно туда? — спросил Аттал. — И что еще за Госпожа? Мне кто-нибудь объяснит, что тут происходит?

— Хороший вопрос, друг мой, — молвил Хирон, положа руку мечнику на плечо. — Пройдемте в кухню, где я приготовлю вам поесть, и мы сможем сесть и поговорить обо всем. Многие вещи тут непонятны и мне самому.

Позже, когда они сидели под открытым небом, Парменион поведал Атталу о своей встрече с Госпожой на поляне и о ее совете. — Это был не сон. Мы действительно бились с Македонами, а потом нас одурманили. Я не знаю, кто была эта Госпожа, но она хорошо обошлась со мной, и я верю, что ее совет имеет смысл.

— А я и не знал об этом, — буркнул Аттал, — из-за того, что ей не хватило хороших манер разбудить меня. Почему именно ты, Спартанец? Я что, выгляжу как какой-то лакей, постоянно семенящий за тобой?

— Я не могу ответить на твои вопросы. Та поляна была местом магии и красоты. Не думаю, что они вообще желали присутствия людей. Но мы спасли нимф, и поэтому, полагаю, заслужили признательность.

— Хорошо же они ее выказали, оставив меня спать на голой земле. Ладно, чума на них! Мне на них плевать, как и на уродливых тварей в этих местах. У меня лишь один вопрос: как нам попасть домой? — вопрошал он, обернувшись к магу.

Хирон только развел руками. — Не знаю.

— Здесь вообще хоть кто-нибудь что-нибудь знает? — вспылил Аттал, встал и прошел через сад вниз по ступеням к широкому пляжу.

— Твой друг напуган, — произнес Хирон. — И я не сказал бы, что виню его за это.

Парменион кивнул. — В Македонии он властный человек, и ему требуется чувствовать, что всё вокруг под контролем. А здесь он словно лист на ветру.

— Я чувствую, что вы не друзья. Почему он отправился с тобой в это странствие?

— У него свои причины, — молвил Парменион. — Первая из них — это убедиться, что один я не спасу Александра. Он жаждет разделить эту славу и ради этого готов рисковать жизнью до конца.

— Ну а ты, Парменион? Ты напуган?

— Конечно. Этот мир для меня чужой; мне в нем нет места. Но я не теряю надежды. Я нашел Александра и, на какое-то время, мы в безопасности. Этого вполне довольно.

Александр вышел на солнечный свет и забрался к Пармениону на колени. — Я знал, что ты придешь, Парменион. Я говорил, ведь так, Хирон?

— Да, ты говорил, юный принц. Ты прекрасно разбираешься в людях.

— Почему Аттал тоже здесь? Он мне не нравится.

— Он здесь, чтобы помочь тебе, — сказал Парменион. — А теперь, почему бы тебе не пойти к морю и не подружиться с ним?

— А я должен?

— Он — первый из доверенных воинов твоего отца, а Филипп такое доверие легко не оказывает. Иди. Поговори с ним. Тогда и составишь свое мнение.

— Ты просто пытаешься избавиться от меня, чтобы поговорить с Хироном.

— Совершенно верно, — подтвердил Парменион с широкой ухмылкой.

— Что ж, хорошо, — сказал мальчик, спрыгнул на землю и ушел.

— Он — прекрасный ребенок, — заметил Хирон, — и ты очень дорог ему.

Пропустив сказанное, Парменион встал и размял спину. — Расскажи мне об этом мире, маг. Дай мне почувствовать себя чуть менее чужим.

— Что ты желаешь знать?

— Расстановку сил. Начни с Филиппоса. Когда он взошел на престол — и как?

Хирон наполнил кубок вина и отпил из него прежде чем ответить. — Он убил своего брата Пердикку десять лет тому назад и захватил корону. Затем отправил войска на Иллирию и на север, захватив их города и отняв копи. Афины объявили ему войну, города Трезубца сделали то же самое.

— Трезубца?

— Земли Халкидики?

— Ах, да. Халкидонский полуостров. Продолжай.

— Филиппос разбил войска Трезубца три года назад, затем захватил Фракию.