— Правда? — переспросил Сумрак, внезапно затрепетав от удовольствия.

— Хватит ли у тебя сил на такое путешествие? — спросила Нова.

— Да, — ответил он, промолчав секунду. Он никогда не летал так далеко, и ещё не был так далеко от колонии. — Сил у меня хватит.

— Убедись, что на деревьях безопасно, и что никто из других существ пока не заявил своих претензий на них, — инструктировала его Нова. — Осмотри всё, особенно на равнинах. Выясни, какого рода звери там кормятся, и есть ли там хищники.

— Сколько времени тебе потребуется? — спросил Сол.

Сумрак поднял в памяти картину вида с высоты, пытаясь оценить расстояние.

— Думаю, если я полечу прямо сейчас, я мог бы быть там уже в сумерках. А потом я бы вернулся к завтрашнему вечеру.

— Хорошо. Мы будем ждать тебя здесь. Пока этот лес выглядит достаточно безопасным.

— Это неплохой план, — сказал Барат.

— Ты уверен, что хочешь это сделать? — дружелюбно спросил Сумрака Австр.

Он кивнул.

— Тогда лети, — сказала Нова. — И принеси нам хорошие новости.

Сумрак застал Сильфиду за охотой.

— Я ухожу, — взволнованно сообщил он ей и описал деревья, которые видел с высоты.

— Я видел их и раньше, — неуверенно добавил он, потому что обещал больше ничего не держать в тайне от неё. Он рассказал ей о своём грибном видении и о последующем сне. — Я думаю, что это те же самые деревья, Сильфида. Думаешь, я сошёл с ума?

— Не знаю, — ответила она.

— Они обещают быть нашим новым домом, я просто знаю это!

Она кивнула.

— Они далеко?

— Я вернусь следующей ночью.

Сильфида повисла на коре.

— Мне очень жаль, что я не могу лететь с тобой.

— Мне тоже. Я… — он умолк.

— Что такое? — спросила Сильфида.

Он заговорил тише:

— Я ей не доверяю.

— Нове?

Сумрак кивнул:

— Она всегда считала, что от меня одни только неприятности: мой полёт, убитый птицами Эол.

— Дай ей шанс, — сказала Сильфида. — Она мудра. Я знаю, ты всегда вставал на сторону Папы, но Папа не всегда был хорошим предводителем — просто дай мне закончить. Он мог рассказать колонии о фелидах после того, как тебя предупредила птица, но он этого не сделал. Он едва не позволил бегущим-по-деревьям сделать из нас угощение на пиру.

— Никто не подозревал их, — ответил ей Сумрак. — Я не слышал, чтобы Нова сказала хоть что-нибудь против! Она думала, что мы нашли новый дом.

— Может, и так. Но мы потеряли четверть всей колонии. Если бы он сделал иной выбор, этого могло бы и не случиться.

— Он старался выбирать лучшие решения из всех возможных, — упрямо ответил Сумрак.

Сильфида скрипнула зубами от раздражения.

— Нова будет хорошей предводительницей.

Сумрак вздохнул.

— Возможно, ты права. Жаль, что ты не можешь лететь со мной.

— Всего на одну ночь, правда?

— Скорее всего, — это был бы первый в его жизни раз, когда он проведёт ночь вдали от своей колонии. Его кости ныли от одиночества.

— Будь осторожен, — попросила Сильфида. — Лети быстро.

Он никогда не летал так долго без посадок, но сейчас он дал себе команду, и через некоторое время произошла удивительная вещь. Его сердце словно нашло новый ритм, а дыхание стало медленнее и глубже. Он по-прежнему тратил много сил, но чувствовал, что может поддерживать такой ритм.

Он летел над пологом леса, но довольно низко, чтобы можно было быстро скрыться среди деревьев, если какие-нибудь птицы решать напасть. Он также поглядывал в небо над собой, надеясь, что последние кетцали действительно вымерли.

Над лесом роилось несметное множество насекомых, но он большей частью не обращал на них внимания, не желая попусту тратить время и силы, отклоняясь от курса. Он постоянно держался носом в сторону дальних холмов. Огромные деревья, что росли там, по-прежнему казались недостижимо далёкими, и в какой-то момент он испугался. Как мог он отправиться в такое далёкое путешествие в одиночку? Но было очень хорошо обрести, наконец, конечную цель в пути после стольких дней неопределённости, проведённых в лесной глуши.

Деревья под ним начали меняться. Появлялись виды, которых он раньше не видел — большие, с искривлёнными стволами, с такой бугристой и бороздчатой корой, что стволы словно были сделаны из крючковатых клювов, загнутых вниз. В то же время другие деревья обладали тусклой листвой и выглядели так, словно рассыплются на кусочки, если в них вонзить когти. Их цветы и листья испускали незнакомые запахи. Когда полог леса начал редеть, заросли кустарников и папоротников стали более густыми. Илистых водоёмов становилось всё больше, пока, наконец, между ними остались лишь клочки заболоченной суши. Повсюду росли болотные деревья, с ветвей которых свисали длинные пряди мха. Сумрак тщательно отслеживал расположение деревьев, чтобы убедиться, что они находились достаточно близко друг к другу, чтобы рукокрылы могли планировать между ними.