— Спасибо, — Лера улыбнулась и присела напротив Антона.

Он был очень тихим и белым как полотно. Прошло всего четыре дня с момента гибели Милы, а мужчина постарел лет на десять. Серо-голубые глаза, такие живые и внимательные, теперь потускнели и рассеянно смотрели сквозь вещи и людей. В шоколадно-рыжеватых волосах появились серебристые нити. И без того угловатые черты лица заострились еще сильнее, словно Антон тяжело заболел. На костяшках тонких белых пальцев видны ссадины. Новая синяя рубашка, в которой он был в день убийства, до сих пор была на нем. Сейчас, измятая и запачканная, она лишь подчеркивала сутулость плеч.

Антон глубоко вдохнул, словно ему не хватало воздуха, и сфокусировал взгляд на Валерии.

— Я… наверное должен тебя поблагодарить…

— Нет, — Лера положила ладонь на его руку и внимательно посмотрела в глаза. — Ты ничего не должен.

Антон снова вздохнул и закрыл глаза, откидывая голову назад. Словно хотел забыться, уснуть, скрыться от терзающих воспоминаний.

Лера неуверенно посмотрела на Антонину Федоровну. У женщины снова потекли слезы, но она взяла себя в руки, улыбнулась и сказала:

— Ты ешь, Лерочка, ешь. Проголодалась, наверное. Совсем дома не бываешь, вся в делах, в работе…

Лера не глядя взяла пирожок, машинально отщипнула кусочек, и спросила:

— Антон… — пальцы теребили пирожок, — можно тебя кое о чем спросить?

— Да, — мужчина открыл глаза, сделал усилие и посмотрел на Валерию. — Конечно, я постараюсь ответить.

— Ну зачем же мучить мальчика? — робко спросила Антонина Федоровна. — Ведь его отпустили, все позади…

— Нет, — Антон вдруг резко обернулся и почти яростно крикнул. — Ничего не позади! Милы нет, и нет «мальчика»! Есть только… — он брезгливо посмотрел на свое отражение в настенном зеркале, — только я. И убийца все еще на свободе. Если Валерия хочет его найти, я сделаю все, чтобы ей помочь.

— Да как же, Антошенька… — Антонина Федоровна так растерялась, что ноги у нее подкосились. Рядом оказалось кресло, и она тяжело опустилась в него. — Прости меня, старую… Я ведь о тебе беспокоюсь…

Антон молча отвернулся и стиснул ложку.

— Антонина Федоровна, — как можно мягче сказала Лера. — Если убийцу не отыщут, могут снова обвинить Антона. Михаил Афанасьевич не любит компромиссов. А все слишком явно свидетельствует против вашего племянника.

— Господи помилуй! — Антонина Федоровна перекрестилась. — Не приведи Господь, чтобы все повторилось… Мое сердце больше не выдержит. Хорошо, если это необходимо, спрашивай… А я пойду на кухню, поставлю чайник.

Антонина с трудом встала и отправилась на кухню, продолжая причитать и вздыхать.

Лера снова посмотрела на Антона. Он был бледен и тих, как никогда.

В голове вертелись сотни вопросов, про шантаж, про похищенное колье, про его сына, погибшего под колёсами автомобился. Но спрашивать Лера не собиралась. Теперь это дело полиции.

— Как зовут твоего друга, с которым ты ездил на Алтай два года назад? — задала Лера первый вопрос.

Антон задумался и посмотрел в сторону.

— Виталий. Да, Виталий Колесников. Мы работали вместе, он часто приходил к нам с Милой в гости.

— И давно вы были знакомы?

— Года четыре. Когда он устроился в нашу компанию, начал с простого программиста, а через год возглавил одно из отделений.

— И как хорошо ты его знал?

Антон пожал плечами.

— Как можно знать коллегу по работе? Я пару раз был у него дома, мы ездили в зарубежные командировки, создавали совместные проекты. На мой взгляд, Виталий был тихим, доброжелательным человеком, довольно неприметным в обычной жизни. К сорока годам у него не было ни детей, ни жены. Даже собаки, — Антон отчего-то горько усмехнулся. — Я теперь такой же, как он.

— Почему ты говоришь о нем в прошедшем времени? — у Валерии появилось плохое предчувствие.

— Полгода назад он упал с пятого этажа, — как-то отстраненно ответил Антон. Словно говорил о чем-то само собой разумеющемся.

Лера побарабанила пальцами по столу и откусила кусочек пирожка. Потом спросила.

— У тебя сохранился браслет, такой же, как у Виталия?

— Браслет? — Антон словно очнулся ото сна и удивленно взглянул на Леру. — Да, кажется, где-то был. Я давно его не надевал. Нам подарила их одна целительница на Алтае. Сказала, что такой браслет бережет от несчастий. Обманула, — он снова отвел глаза.

— Н-да. А ты знаешь что-нибудь о подруге Милы?

При упоминании о Людмиле Антон вздрогнул.

— О какой именно? — уточнил он. — Их было много.

— О той, с которой она общалась последние месяцы.

— Мила ни с кем не общалась, — Крымов посмотрел на Леру, как на привидение. — Ни с кем… — повторил он в замешательстве.

— Хорошо, успокойся, — поспешно сказала Лера. — У меня есть еще один вопрос. Кто подарил вино, которые вы с Милой взяли на прогулку? Ведь вы не пьете спиртного…