– Дэвид? Хорошее имя, – прокомментировал Маккой. – А почему ты один? Обычно дети приходят ко мне вместе со своими родителями.

– Я думал, что встречу здесь свою маму, – спокойно объяснил мальчик. – Но я пришел, кажется, слишком рано, поэтому...

– Ты решил посмотреть, что из себя представляет медицинская проверка? – улыбнувшись, спросил доктор.

Да, – подтвердил Дэвид.

– Хорошо. Но смотреть особенно и не на что, – Маккой взял в руки инструмент, единственный, который принес с собой и который мог ему здесь пригодиться. – Может быть, лишь на эту вещь. Она называется "трикордер". Я использую этот инструмент, когда... – внезапно дверь прошипела вновь, и в комнату вошла женщина. Боунз в приветствии склонил голову.

– Доктор Маркус? Чем могу быть полезен?

Запыхавшаяся, словно долго поднималась по этажам, женщина недовольно посмотрела на мальчика.

– Привет, мама, – оживился Дэвид.

"Привет, мама?" Маккой почувствовал себя дураком. Сейчас, когда доктор увидел Кэрол рядом с Дэвидом, у него не осталось сомнений в их родственных отношениях: тот же цвет волос, те же высокие скулы, грациозная осанка.

Конечно же, мальчик – плоть от плоти своей матери.

Правда, если его глаза были карие и теплые, то ее сверкали голубыми льдинками; голова Дэвида была покрыта тонкими спиральными кудрями, а у матери волосы были длинные и совершенно прямые. Во всем остальном доктор увидел поразительное сходство. Кэрол Маркус погладила кудри своего сына.

– Привет, – ответила она и повернулась к Маккою. – Вижу он попытался и здесь обмануть меня. Надеюсь, Дэвид не причинил вам беспокойства?

Боунз выразительно покачал головой.

– Что вы, конечно, нет.

Доктор вновь посмотрел на мальчика, теперь уже несколько по-иному. Было видно, что Дэвид не рос беспризорным, хоть одинокой женщине очень трудно растить без мужской поддержки ребенка, особенно мальчика.

Маккой вспомнил Нэнси, тот день, когда она добровольно ушла от него и практически осталась без средств к существованию. Но это уже совершенно другая история.

– Ну что, приступим к обследованию, – произнес Маккой, подсаживаясь к компьютеру, любезно предоставленным доктором Будро. Он прочитал список жителей колонии в надежде найти Дэвида по одному только имени. Машина высветила на дисплее данные о двух Дэвидах. Никто из них не был Маркусом. Пытаясь выяснить, кто истинный отец ребенка, Маккой решил настоящую фамилию Дэвида спросить у самого мальчика.

– Какая же у тебя фамилия, сынок? – Дэвид смущенно посмотрел на мать. Боунз не мог понять, почему, ведь для такого развитого мальчика это несложный вопрос.

– Ответь доктору, – поддержала Маккоя Кэрол.

– Маркус, – чуть слышно прошептал Дэвид. – Как у моей мамы.

– Понимаю, – произнес доктор.

– Что-нибудь не так? – испуганно спросил мальчик.

– Но человека с такой фамилией нет в списке жителей колонии! – удивился Маккой. Он вопросительно посмотрел на Кэрол, которая выглядела, как ему показалось, совершенно невозмутимый. – Может быть, Дэвид проходит в списках под какой-нибудь другой фамилией?

Слегка нахмурившись, Кэрол взглянула на сына.

– Выйди, пожалуйста, на минутку. Мне надо поговорить с доктором Маккоем.

Дэвид посмотрел на мать взглядом, каким дети смотрят на родителей, требующих послушания и изгоняющих их из компании взрослых. Но, не проронив ни слова, мальчик послушно вышел.

Как только дверь за Дэвидом с шипением закрылась, Кэрол вернулась к вопросу Маккоя. На лице женщины появилось жесткое и решительное выражение.

– Доктор Маккой, – начала она, – мой сын есть в списках, но не тех, которыми вы сейчас располагаете. А причина, по которой его нет в вашем компьютере, в том, что доктор Будро дал мне кое-какие привилегии.

Боунз решительно ничего не понял. Какие другие списки? Какие привилегии?

– Чего вы, простите, добиваетесь? Чтобы Дэвид избежал обследования?

Кэрол отрицательно покачала головой. – Я не настолько глупа, – женщина гордо приподняла подбородок. – Когда-то давно я очень хорошо знала Джима Кирка.

– Да, капитан упоминал ваше имя один или два раза. Он хорошо отзывался о вас. Но это не объясняет...

– Джим не знает, что у меня есть сын, – прервала Кэрол доктора. – И я хочу, чтобы и дальше все хранилось в тайне.

Маккой попытался задать естественный в таких случаях допрос, но, не успев открыть рот, доктор все понял. Связь Кирка с Кэрол Маркус прервалась десять лет назад. Как же он не обратил внимания, что глаза мальчика поразительно похожи на глаза капитана?

– Вы же понимаете, о чем я говорю? – спросила Кэрол.

– Конечно, Дэвид – сын Джима Кирка.

– Да, но лишь биологически. Как вы уже знаете, капитан и не подозревает о существовании сына, – вздохнула Кэрол. – Жаль, что не прислали другой корабль и другого врача, который не заметил бы, что гены Дэвида совпадают с генами Джима, и не знал бы о наших с Кирком отношениях. Но прислали вас.