Ариша притаилась за одним из обелисков, наблюдая за происходящим внизу. Йети разнесли большую часть стены и немного успокоились.

— Быть не может, чтобы они были родственниками людей, - пробормотала ведьма.

— Конечно может, - отозвался общительный скелет Кумар, засевший за тем же обелиском, что и Ариша.
– Подумай об этом. Некроманты не могут воскресить собаку или обезьяну, или кого попало. На йети воскрешение действует, значит они не животные.

— А откуда ты знаешь, что йети можно воскресить?
– спросила женщина.

— Оттуда же, откуда ты — мы видели это прошлой зимой на Болоте Ужаса, разве не помнишь?

— Нет, я бы запомнила что-то настолько чудовищ… Илк’ха’йа’лет Мал Кешара! Но он ведь совсем не такой…

— Он черный, но это нормально для призрака, и чуть помельче этих, но они точно одного вида… О, а вон и эльфы.

Действительно, йети, похоже, успокоились не без причины — их задача была выполнена и какой-то эльфийский чародей наложил на них сонные чары. Сразу после этого эльфы, которые до того только стреляли навесом из чащи, стали проникать в оставленные йети проломы. Перестрелка стала оживленней, однако эльфы атаковали не слишком активно. После десяти минут боя Никодиму пришлось оставить установку Печатей Тьмы Мелиссе, а самому изготовить пятьдесят дополнительных колчанов со стрелами для скелетов. Он не имел представления, как воюют несчастные паладины, чья магия Света не позволяла создавать оружие и снаряды из магической энергии. Ходили, правда, упорные слухи о существовании Высшего заклинания «Сотворение из Ничего», но Мал Хакар выразил свое мнение на этот счет предельно ясно:

— Сотворение из Ничего не во власти магии, - сказал он как-то.
– Чтобы сделать что-то материальное, тебе нужны как минимум подходящие молекулы.

— А что это за молекулы такие, Повелитель?
– спросил тогда Никодим.

— На самом деле я не знаю, есть они или нет. Многие темные маги считают, что все на свете состоит из мельчайших частиц, и управляя ими, можно создавать одни предметы из других. В рамках этой теории, твоя Рука Тьмы скорее всего образуется из молекул, содержащихся в воздухе. Сам я такой магией не владею и ничего конкретного сказать не могу. У нас в Академии вся теория молекул была под запретом. Я слышал, паладины могут создавать оружие из света, но это тоже не Сотворение из Ничего, а скорее версия Луч Света с ограниченным радиусом зрения и высокой частотностью.

Так или иначе, новые стрелы появились и перестрелка продолжалась еще двадцать минут.

— Начальник считает, что эльфы пока не знают, что нас сто, а не три тысячи, - сообщил один из скелетов, принесший для Кумара новый колчан.
– Не расслабляйтесь — долго это не продлится.

В первые тридцать минут сражения скелеты потеряли всего двадцать воинов, а эльфы — и того меньше. За это время осаждающие продвинулись вверх по холму едва на тридцать футов. Наконец пятьсот воинов Армии Мертвых, первыми прибывшие к кургану, перестроились и атаковали эльфов. Поняв, что новые подкрепления нежити на подходе, эльфы усилили натиск. То, что должно было стать второй битвой при Магнолии, стремительно превращалось в первую битву при Корон’Нере.

Эльфы наконец прекратили обстрел, и лучников на подступах к кругану сменили мечники. Они двинулись вверх по склону, невзирая на заградительный огонь скелетов, который не был слишком плотным — даже стрелы, созданные магией Никодима, почти закончились. Среди приближающихся витязей Ариша вдруг разглядела низенькую темноволосую чародейку, осыпающую скелетов градом огненных снарядов.

— Забавно, это магия похожа на мою, - произнесла ведьма.
– Кто это, не фея ли случаем?

— Это — Седиф из Золотого Листа, - отозвался Кумар.
– Ты разве не смотрела те картинки?

Перед отбытием из Эленсирии Мал Хакар заставил юную Пиру нарисовать портреты всех членов Золотого Листа и важных эльфийских военачальников по сведениям, полученным от Северного Трона. Получившиеся портреты, достаточно удачные, были розданы всем участникам похода для ознакомления.

— Для меня все эти эльфийки на одно лицо, - проворчала Ариша.
– Так что там было насчет нее?

— Ее основная способность — Низовой Пожар, - отозвался скелет, обладающий, в отличие от некоторых блондинок, абсолютной памятью.
– С ее помощью она может поджечь траву или листву, не причиняя вреда деревьям. Жертвы задыхаются от дыма. Стала известна после того, как заманила целую орду орков в болото с торфяником и подожгла его. После этого ей предложили место в Золотом Лесте. Говорят, она готовится стать феей и заменить Тинебрифиэль на месте саламандры Пяти Фей Линтанира.

— Да уж, пожалуй не стоит с ней связываться… - пробормотала ведьма.

— Конечно стоит, - отозвался Кумар.
– У меня еще осталось две стрелы. Если попаду хоть одной, то убью…

Он прицелился и выстрелил. Эльфийка не шевельнулась и стрела летела точно ей в сердце, но внезапно вспыхнула и обратилась в пепел, не долетев до цели пары футов.

— Гоблин подери, еще и пирокинез… - вздохнула Ариша.
– Точно не стоило ее трогать…

В этот момент Седиф нашла глазами стрелявшего по ней скелета и запустила в него парой огненных снарядов. Но прежде, чем они достигли цели, Ариша, взмахнув рукой, заставила их врезаться друг в друга и взорваться. Эльфийка на миг нахмурила брови, а затем щелкнула пальцами и трава под ногами у ведьмы и лучника вспыхнула. Траву на Корон’Нере регулярно подстригали, так что настоящего пожара не получилось, но Кумар бросил лук и смешно запрыгал, пытаясь затоптать пламя. Однако Ариша не замешкалась даже на мгновение — она присела и глубоко вдохнула, втягивая пламя в себя. Трава сразу же погасла, а ведьма, повернувшись в сторону чародейки, выдохнула мощный поток пламени. Чтобы попасть по Седиф, ей, впрочем, не хватило дальнобойности, но огонь подпалил плащи нескольким эльфийским витязям.

— Ну ты даешь, ведьма… - покачал головой Кумар.

— Мы в цирке и не такое творили — лет десять назад я бы еще и по канату прошлась.

В этот момент эльфийская чародейка, войдя в раж, создала у себя за спиной два огненных крыла и воспарила над полем боя.

— Вот зачем ты ее разозлил… - проворчала Ариша.
– Сейчас нас бить будут.

— Вообще-то она скорее за тобой, - отозвался скелет. Опровергая его слова, Седиф, перемахнув через сражающихся витязей и скелетов, приземлилась прямо рядом с ним. Кумар замахнулся на нее палашом, но колдунья ловким ударом огненного крыла отсекла ему правую руку, и тут же утратила к скелету всякий интерес, повернувшись к ведьме.