Из последующей беседы Лэндо понял, что не ошибся. Митака в самом деле и знать не знает, что здесь, на станции скрываются ученики Скайуокера. Юноша явился сюда с другой целью.

—… Вы должны понять нас, — бесстрастно чеканил лейтенант пустые слова убеждения, даже не обращая внимания, слушает его собеседник или нет. — Одно из крупнейших газодобывающих предприятий во всей галактике должно находиться в руках Первого Ордена. Свободная продажа такого стратегически важного ресурса, как тибанна, может привести к новому росту терроризма…

Лэндо слушал, нахмурив брови, опустив голову и сцепив руки в «замок». Мускулы его лица были напряжены, а взгляд устремлен в одну точку. Весь его облик отражал тяжкие раздумья.

Все оказалось куда серьезнее, чем он полагал. Его станция, Облачный город, дело всей его жизни — вот что привлекло сюда врагов. Они боятся, что генерал Альянса будет тайно помогать Сопротивлению.

Что ж, все это можно было предвидеть, и право же, если бы Лэндо не был в последние недели так озабочен поиском пропавших детей; если бы не положил на это дело все свои силы, всю находчивость, которой был наделен от природы, он бы предусмотрел что-нибудь на такой случай.

— Даже Империя разрешала мне и моим людям беспрепятственно торговать, — возразил он, когда Митака умолк.

— Разумеется. Пока вы открыто не примкнули к Альянсу, — Митака с самодовольным видом постучал пальцами по столу. — Вам известно, — добавил он, помолчав немного, — что генерал Хакс благодаря своей выдающейся победе добился невероятного влияния. Сейчас он — второй человек в иерархии Первого Ордена после самого Верховного лидера.

— И что мне с того? — Лэндо нахмурился сильнее.

Митака наклонился к нему через стол и доверительным шепотом произнес:

— Поверьте, сейчас в его власти казнить и миловать. Вы должны и сами понимать, что находитесь в щекотливом положении. Хакс всего-навсего предлагает вам сделку. Реальную сделку с выгодными для вас условиями. Вы, генерал Калриссиан, уступаете нам Беспин, а Первый Орден взамен готов забыть о вашем преступном прошлом, о вашей былой принадлежности к террористической организации. Думаю, это должно устроить вас.

Лэндо, конечно, и сам это понимал. Понимал так хорошо, как этот мальчик, сидящий напротив, наверное, никогда бы не смог понять.

Покорив Корусант, этот ублюдок Хакс теперь опасается, что может не удержать завоеванных позиций. Всякий вор боится, что сам однажды будет обворован. Положение молодого генерала слишком шатко. Огромная флотилия Сопротивления дышит ему в спину. Он посреди вражеской территории. Хакс пытается укрепить свою власть, а заодно раз и навсегда заткнуть глотки тем, кто еще верен погибшей Республике.

Первый признак несостоятельности любого завоевателя — это попытка подло ударить в тыл. Сильный противник бьет открыто, а слабый — исподтишка. Хаксу пока не удалось полностью уничтожить Сопротивление, и он решил нанести удар по тайным союзникам своих врагов: политикам, предпринимателям, преступным авторитетам… Ведь известно, если у тебя не выходит сбить врага напрямую, стоит лишить его опоры — и он упадет сам.

И Лэндо, разумеется, тоже оказался в черном списке.

— Ну же, генерал, тут не о чем думать, — продолжал наседать Митака. — Наш звездный разрушитель в настоящий момент приближается к орбите Беспина. Вам угодно, чтобы вы и ваши служащие оказались в том же положении, что и набуанцы еще совсем недавно? Осада — жестокая вещь. Вы как бывший военный должны это понимать. Ваше согласие избавит обе стороны от ненужных хлопот.

На губах пожилого мужчины мелькнула горькая усмешка.

Когда-то контрабандист Лэндо Калриссиан случайно разжился целым выгодным предприятием; на чемпионате по игре в сабакк он лишился своего корабля, своего «Тысячелетнего сокола», но зато получил в качестве выигрыша Облачный город. Но с тех пор многое изменилось. Он посвятил этому бизнесу почти половину своей жизни, и сейчас при иных условиях согласился бы скорее умереть, чем добровольно отдать этим недоноскам свою станцию!

Однако сейчас за его плечами Бен и Рей. И если своей жизни Лэндо не жаль, то рисковать жизнями последних джедаев Калриссиан не должен был.

Он помолчал немного хмуро и упрямо. Не столько, впрочем, потому, что в самом деле испытывал сомнения — сомнений у него как раз не было, наоборот, в мозгу Калриссиана царила полная ясность, как теперь следует поступить, — сколько потому что ему требовалось изобразить сомнения, изобразить внутреннюю борьбу, иначе его быстрое согласие выглядело бы излишне подозрительно.

— Когда я должен передать станцию генералу? — глухо осведомился он.

— Немедленно. Интересы генерала представляю я, — Митака скромно покашлял себе в кулак. — Вы можете оставаться на станции еще некоторое время, чтобы завершить свои дела и помочь мне освоиться.

Лэндо не удержал нервной дрожи. Этот сопляк, похоже, и не думает убираться отсюда. Значит, вывести молодых людей втайне от него будет не так-то просто.

Митака поднялся на ноги.

— А теперь, генерал, предлагаю вам совершить небольшую прогулку. Мне бы хотелось, чтобы вы показали мне Облачный город.