Миг — и вот старик за спиной синигами, наносит удар. Казалось, что битва уже кончена, что уклониться от такого удара просто невозможно, но нет. Тяжелая секира столкнулась с тати и замерла. Стремительный разворот, взмах — и император Уэко Мундо оказался отброшен на шаг назад. Экс-капитан десятого отряда широко оскалился и взмахнул занпакто. Ярко-синий полумесяц сорвался с клинка, сияющей чертой прочертил расстояние между ними и… пронзил пустоту, затерявшись где-то в низких тучах на юге.

— Мимо, — арранкар возник перед ним и рубанул тяжелой секирой, окутавшейся алой реацу. В единственном уцелевшем глазу Баррагана полыхнуло жадное предвкушение смерти врага. Меч Кеншина опущен, он просто физически не успеет парировать! Так думал Барраган Луизенбарн, позволяя себе на мгновение расслабиться, а расширенные в изумлении зрачки Карасу лишь подлили масла в огонь, сделав императора уверенным в своей победе.

Неожиданно тяжелая секира остановилась и задрожала. Теперь уже глаз Баррагана предпринял попытку вылезти из орбит: противник поймал его занпакто, остановил его удар голой рукой, просто поймав древко у самого клинка! Острая, внезапная боль пронзила грудь Баррагана, заставив его стремительно разорвать дистанцию, но не получилось: Кеншин держал занпакто крепко, и Баррагану пришлось потратить долгую секунду на то, чтобы вырваться.

— Пять? — вслух удивился Кеншин, разглядывая номер на правой ключице противника. — Айзен что, клеймит всех вас, как племенной скот?

Барраган бросился в сторону. Там, где он только что стоял, возник экс-капитан десятого отряда, делая выпад клинком. Выпад пронзил пустоту, бывший император Уэко Мундо решил отыграться и ударил в открытую спину. Кеншин парировал, но удара под дых не ожидал и отлетел назад, слегка корчась. Барраган тут же возник над ним и с силой ударил, схватившись за древко двумя руками. Встречный удар тати отклонил секиру, затем клинок вычертил красивый пируэт и обрушился на выставленное вперед левое бедро. Барраган рванул в сторону и только так спас левую ногу, но от рубленой раны не спасся. «Он отклонил удар, — мигом сообразил старик. — Значит, у него не хватает сил для того, чтобы встречать мои удары в полную силу!»

Нога полыхнула ослепительной болью, кровь брызнула струей, но арранкар не обратил на эти неприятности никакого внимания. Сейчас его противник еще не способен дышать и биться в полную силу…

— Хрен тебе, — вдруг раздалось совсем рядом. Зрачки старика расширились, увидев справа от себя, совсем близко стремительно зреющий синий шар серо. Мгновение — и его накрыл поток синей разрушительной энергии, но императора Уэко Мундо, пусть и бывшего, так просто не взять. Старик крякнул и высвободил свою чудовищную реацу, нанося секирой встречный удар и разрезая серо на два потока, обогнувших его тело и слившихся воедино в десятке метров за спиной.

Синий поток прорезал плоский широкий желтый луч, нанося удар в незащищенный бок. Луизенбарн выругался: либо его поджарит серо, либо его ударит заклятие кидо. Старик выбрал последнее и едва удержал остаток серо: бок полыхнул болью, кровь брызнула из неглубокой раны. Окасэн сумел пробить его иерро, но не сумел глубоко ранить, порезав кожу и немного задев ребра.

Кеншин поднял руку, бормоча заклятие сокацуя. Барраган бросил на него взгляд и оказался за спиной, нанося удар секирой. Два клинка столкнулись, высекая искры, Кеншин стремительно развернулся:

— Хадо тридцать три, Сокацуй!

Яркий голубой шар, сотканный из языков пламени, ударил прямо в лицо императора Уэко Мундо и взорвался, порождая крик, полный ярости и боли. Кеншин возник в десятке метров от окутанного пламенем, бестолково размахивающего топором старика. Алые всполохи срывались с клинка, уродовали землю и небо, рассекали и испаряли облака.

Взбешенный старик с наполовину расплавленными остатками маски на лбу с бешеным ревом набросился на Кеншина. Мужчина не стал уклоняться, он атаковал, нанося могучие встречные удары такой силы и скорости, что даже сила времени, задействованная императором Уэко Мундо, просто не справлялась с этой мощью.

— Какого черта? — Барраган отступил.— Я, император Уэко Мундо, я управляю временем! Я — сильнейшее существо во всех трех мирах, у меня абсолютная сила! Как ты, жалкий муравей, противостоишь мне?

— Манипуляции временем штука, конечно, хорошая, — признал Кеншин.— Но лишь при условии, что твое восприятие опережает мое. К несчастью для тебя, дело обстоит наоборот. Знаешь, даже не верится, что я сражаюсь здесь с тобой. Как же долго я этого ждал! И не думай, что я отпущу тебя просто так, император Уэко Мундо Барраган Луизенбарн, я еще не насытился нашей схваткой.

Старик снова отступил, не в силах сдержать натиск своего заклятого врага. Вокруг морщинистой руки полыхнуло кольцо алых разрядов, едва заметный сгусток кристально-прозрачного воздуха ударил в опасной близости от бока Кеншина, уклонившегося в последний момент. Мужчина продолжил уклонение в разворот и всю энергию вращения вложил в удар тати, оставивший на клинке секиры глубокую зазубрину. Багровый выстрел серо, сформированный в полсекунды, атаковал экс-капитана коротким, но мощным потоком разрушительной энергии, и внезапно ушел в сторону.