Поскольку девушка-эльф молчала, испуганная, Сашка нехотя сказала, глядя на очень довольного собой Дорана:

– Начинай.

– Ну... Начну с вопроса: кто ты, Алекс?

– Я из другого мира, – спокойно призналась она. – Появилась в тот момент, когда Гарбхан угрожал Кэйтрии, и помогла ей.

– Тот кинжал – Гарбхана?

– Да.

– Ты видишь.

Сашка подняла брови. Что он имеет в виду?

– Ты сказала, что у Кэйтрии новый гость. Ты видела сторожевого пса.

– Она видит! – подтвердила Кэйтрия. – Но не всегда. Мы уже пробовали проверку другого варианта видения. Сторожа Алекс видит, а всё остальное – нет.

– То есть магия, магические способности заблокированы, но время от времени прорываются, – заключил Доран. – Интересно было бы поработать.

– Что ты имеешь в виду? – насторожилась Сашка.

– Не бойся, Алекс! – обрадовалась Кэйтрия, которая первой сообразила, что к чему. – Доран, ты хочешь помочь разблокировать её магию?

И оба уставились на Сашку. Она смотрела то на спокойного Дорана, то на радостную Кэйтрию. Вспоминала лабораторную работу на практикуме и спрашивала себя, хочется ли ей иметь такие... нет, даже не способности, а возможности? Но Доран... Если девушка-эльф думает, что он может раскрыть ей эти способности...

– Что ты хочешь взамен?

– Я предполагал, что такой вопрос вероятен, – серьёзно сказал Доран. – Разблокирование – довольно сложный процесс. – Он намеренно сделал паузу, в течение которой Сашка мысленно сбила его с ног и хорошенько попинала. – Я видел твои рисунки на столе у Кэйтрии.

Девушка-эльф виновато опустила голову, но Сашка её ни в чём не винила. Кэйтрия-то, наверное, неплохо спрятала листы с набросками под учебниками и тетрадями, а этот бесцеремонный наглец просто-напросто расшвырял всё на столе и добрался до тех предметов, о которых девушки пока решили помалкивать.

– Предлагаю следующее: я помогаю с разблокированием магических способностей, а ты рисуешь мне парочку тех личностей, на которые я тебе укажу.

– А с чего ты вообще решил, что я умею рисовать? – не выдержала Сашка. – А если это рисунки Кэйтрии?

Девушка-эльф тоже вопросительно взглянула на травника.

– Умей рисовать такие портреты Кэйтрия, она бы не жила в этой халупе, – улыбаясь, сказал Доран. – А роскошно и сама по себе, ни от кого не завися, жила в одной из гостиниц города. Правда ведь, Кэйтрия?

Девушка только вздохнула.

– А это равноценный обмен? – спросила Сашка и тут же ответила: – Думаю – да. Но ты точно поможешь ещё и с ногами? Кэйтрии надо заниматься. Если мы завтра не объявимся на занятиях, ей не вылезти из незачётов. А без меня ей будет трудно.

– Я думаю, это взаимовыгодно, – заметил Доран. – Я уже пересел к вам, так что буду тащить Кэйтрию, без которой, как понимаю, на занятиях не будет и тебя, Алекс. Если сначала я был заинтересован телохранителем, который скрывал свою сущность...

– А как ты догадался? – перебила его болтовню Сашка.

– Я посмотрел на тебя сквозь травы.

Этому многозначительному заявлению Кэйтрия снова кивнула, будто поняла, в чём дело, а потом заторопила его:

– Доран, ради собственного блага – уходи побыстрей. Думаю, Алекс не откажет тебе в нескольких рисунках.

– Но только в рисунках, – на всякий случай уточнила Сашка. И очень удивилась, когда на губах Дорана снова появилась змеиная улыбка. Вот ведь!.. Или он дон Жуан?

– Ладно, – согласился травник. – Сделаем так. Алекс, ложись на живот. Не волнуйся – Кэйтрия рядом. Она проследит, чтобы я не позволил себе лишнего. Та-ак. Теперь, Кэйтрия, подними ей рубашку.

Ничего не понимая, Сашка с тревогой прислушивалась ко всем манипуляциям, которые над ней проводил Доран. Спине сразу стало холодновато, когда девушка-эльф стянула с неё рубашку. Но между лопатками легла сухая горячая ладонь Дорана. Она лежала так минуту, другую... Это всё? Но зачем?.. Внезапно сознание поплыло, а Сашку будто резко бросили куда-то во тьму. Бросок был неожиданным – и она рванулась из-под удерживающей её ладони.

– Тихо-тихо! – откуда-то из другой темноты, сверху, тихо сказал Доран, неожиданно сильно придавливая её тело к матрасу всего лишь той же ладонью. – Что ты видишь? Почему испугалась?

– Я падаю в темноту, – низким от напряжения голосом сказала Сашка, страшно желая открыть глаза, но опасаясь сделать что-то не то. И в то же время поражаясь: она разговаривает с Дораном, чувствует на позвоночнике его ладонь – и продолжает падать!

Ладонь Дорана немедленно отлипла от кожи, а Кэйтрия заботливо прикрыла Сашку, не только натянув рубаху, но добавив одеяло.

– Как ноги? – осведомился Доран, становясь перед кушеткой на цыпочки и заглядывая в лицо Сашки.

– Ноги? – удивилась она. И прислушалась.