– Боюсь, видно очень хорошо. – Сашка потянулась за салфеткой, а потом вспомнила и, усмехнувшись, просто облизала пальцы. – Кэйтрия. Он на первом курсе и в следующие несколько лет никуда не денется. Давай не будем торопиться, ладно? А завтра я тебе его нарисую. Прямо на лекции. Всё равно нечем заняться.

– Но Доран... – снова вспыхнув, но уже от радости, напомнила девушка-эльф.

– А что Доран? – хмыкнула Сашка. – Он же не будет видеть, кого я рисую. А его заказы наверняка потребуют сосредоточенности. Значит, я для него сделаю их не на лекции. А на лекции сделаю вид, что рисую просто так. Или снова на продажу.

И вздохнула, снова вспомнив главный, интересующий её лично вопрос: за кого принял её Эйлилл? И кто он сам, чёрт бы его подрал?

Восьмая глава

Остаток вечера и всё утро присматриваясь к тому, как Кэйтрия использует магию, Сашка порой не замечала, что нервно покусывает губы. Неужели всё, что умеет девушка-эльф, будет уметь и она? Но пока помалкивала, хотя и пыталась уже кое-что запомнить.

Перед сном у обеих девушек была чуть не истерика. Они искали в книге бытовой магии заклинание или ритуал на закрытую для чужих дверь. Теперь вещей в комнате Кэйтрии стало больше. Как-никак – не только у Кэйтрии, но и у Сашки появились сменные вещи, благодаря той женщине-эльфу, которая помогла им в лавке. Поэтому девушка-эльф читала вслух наиболее приемлемые, по её мнению, статьи-рецепты, а потом обе думали, подходящие ли они для них и имеющихся ритуальных ингредиентов. Остановились на двух статьях. Одна предлагала принцип железной щеколды, которую не то что не сдвинешь, а и пошевелить не сможешь, что и понравилось Кэйтрии. Вторая же, более зловредная статья-рецепт предлагала то же самое с маленьким дополнением: даже всего лишь дотронувшийся до замка мгновенно получал в нос взрыв жуткой вони.

Перечитав по второму разу инструкцию ко второму ритуалу, девушки посмотрели друг на друга и рассмеялись: причём Кэйтрия звенела таким задорным колокольчиком, что Сашка, только-только успокаивающаяся, снова начинала хохотать. Кажется, обе одновременно представили ту дородную кастеляншу, которая нагло рвалась увидеть телохранителя хозяйской племянницы, и то, как она отшатывается от двери, зажимая нос.

– А если оба заклинания наложить на дверь? – предложила Сашка, отдышавшись. – Такое можно? Ну, для надёжности?

– Хватит и одного, – вытирая слёзы, с трудом ответила Кэйтрия.

Они отрепетировали возле двери оба заклинания и пришли к выводу: чтобы и запомнить на будущее (а вдруг на экзаменах такое будет?), можно всё-таки налепить "сторожей" на дверь по двум рецептам.

– А твоя зверюга тогда как?

– А пес обычно охраняет с другой стороны – со стороны комнаты, – объяснила девушка-эльф. – И больше рассчитан, что будет предупреждать о прибытии гостей.

А когда вернулись в комнату, Сашка вспомнила ещё кое-что.

– Кэйтрия, а в книге есть такое заклинание, которое помогает не забыть приснившийся сон?

– Ой, это заклинание для всех знакомо! – обрадовалась Кэйтрия. – Но его надо проговаривать, когда лежишь в постели.

– Не поняла, а почему всем знакомо?

– Многие практикуют узнавать будущее по снам или разгадывать прошлое, поэтому даже дети учатся запоминать сны. Я, например, выучила это заклинание, когда мне было всего шесть лет. Я запишу тебе его на листочке и несколько раз прочитаю, чтобы ты его запомнила... – Девушка-эльф осеклась. – Алекс, а что ты хочешь запомнить? Или...

– Снится всякая фигня, – быстро сказала Сашка. – А меня это раздражает. То и дело какие-нибудь образы вижу, а зачем и почему – неясно. Лучше знать всё точно.

– Хорошо. Начнём вот с этого.

Заклинание Сашке понравилось. Оно было похоже на мягкую игрушку, которую так приятно слегка приминать пальцами, чувствуя тепло и уют, а ещё напоминало детские приговорки-прибаутки своего мира: "Спи, головушка, усни. Птицей, сон мой, прилети. Покажи свои мне сказки, приведи свои подсказки. Утром же не убегай. Все картинки раскрывай!"

Несмотря на взбудораженность, спать легли, зевая.

А утром Сашка уже привычно выскользнула в коридор, где попыталась повторить тренировочный комплекс.

"Я здесь уже четвёртый день. В первый – побила Гарбхана и стала телохранителем. Во второй – дралась против цвергов. В третий – стукнула Дорана. Мда. Жизнь моя здесь несётся бешеным бульдозером. И как только Кэйтрия до сих пор здесь выжила? И что готовит нам с ней день грядущий?"

Обнаружила, что заниматься приходится в щадящем режиме, потому что тело застыло от вчерашнего лежания почти без движения. Да и ноги тяжеловаты – возможно, после падения вместе с Дораном на пол. Ничего, даже сократив тренировку, она добилась, чтобы все мышцы разогрелись. И чувствуя себя гораздо лучше, вернулась в комнату, где Кэйтрия уже хозяйничала возле печурки.

– Больше всего мне пока нравится, что нам теперь прятаться не надо, – задумчиво сказала Сашка, поедая кашу, принесённую Кэйтрией из кухни и щедро приправленную любимыми девушкой-эльфом сухофруктами. – Но маскировку для университета я всё равно сделаю. Хорошо ещё, что можно нанести её прямо здесь, в доме.

– Но у тебя почти всё зажило, – возразила Кэйтрия. – Во всяком случае, на лице синяков не видно – Доран постарался.

– А кто знает, что Доран лечил меня? – хмыкнула Сашка. – У тебя лекарского образования нет, о чём наверняка все знают. Никто не удивится (ну, разве что сам Доран, но он поймёт), если я приду с посинелой мордой и парочкой царапин. Телохранитель же.