— Спасибо, — впервые улыбнулась та после долгих дней печали. — Как шехзаде Селим?

— Шехзаде Селим в порядке. Лишь беспокоен из-за вашего отсутствия.

— Но теперь я здесь.

Со стороны гарема послышалось перешёптывание и, посмотрев в его сторону, Нурбахар Султан заметила Михримах Султан, которая о чём-то разговаривала с темноволосой наложницей в зелёном платье. Неужели, новая фаворитка? Простые рабыни таких одежд не носят.

Беспокойно нахмурившись, Нурбахар Султан стояла у дверей и наблюдала за ними. Фахрие-калфа исподлобья наблюдала за ней.

Михримах Султан, ощутив на себе чей-то взгляд, обернулась и, заметив Нурбахар Султан, бросила последние слова Ингрид-хатун:

— Не беспокойся. Я сделаю так, что у тебя будет ещё тысяча ночей в покоях повелителя.

Благодарно улыбнувшись, Ингрид-хатун проводила взглядом зелёных глаз удаляющуюся султаншу, а после перевела их к беременной Нурбахар Султан, и зависть загорелась в них.

— Добро пожаловать, Нурбахар.

Поклонившись подошедшей султанше, та улыбнулась.

— Благодарю, султанша. Я едва разума не лишилась от радости, когда узнала о том, что меня призывают в Топ Капы.

— Я обещала помочь — я помогла.

— Султанша, я вам стольким обязана… — искренне призналась Нурбахар Султан, но была прервана ленивым жестом той, отчего растерялась.

— Ступай в покои, а после навести сына. Он очень скучал по тебе.

Поклонившись, Нурбахар Султан удалилась, но в её разуме стучала пугающая мысль, что за время своего отсутствия она лишилась поддержки Михримах Султан. Неужели та наложница в зелёном платье теперь у неё под покровительством?

Топ Капы. Покои Нурбахар Султан.

Султан Мехмет, узнав о прибытии Нурбахар Султан в Топ Капы, счёл необходимым навестить её. Ему хотелось вновь увидеть лицо, по которому он скучал.

Нурбахар Султан нежно обнимала подросшего шехзаде Селима, сидя на тахте и роняя слёзы счастья, когда в покои вошёл повелитель.

Вскочив на ноги на руках с сыном, Нурбахар Султан поклонилась.

— Повелитель.

— Здравствуй, — улыбнулся он, но как-то вымученно.

Подойдя к нему, султанша, оставив сына на одной руке, второй взяла руку султана Мехмета, молчаливо это позволившего, и почтенно поцеловала её.

Султан Мехмет же поцеловал сына в лоб, приблизившись лицом к султанше, которая от этого затрепетала, а после приказал служанке удалиться вместе с шехзаде Селимом.

— Я так скучала по вам… — призналась Нурбахар Султан, когда они остались вдвоём. — Дни в Старом дворце без вас и сына показались мне адом.

— Эти дни позади. Как ты себя чувствуешь? Как ребенок?

— Когда вы рядом, то всегда хорошо, — заулыбалась Нурбахар Султан, чувствующая, что счастье возвращается к ней. Теперь у неё нет соперниц за сердце султана. — Ребенок в порядке. Скоро я снова подарю вам наследника.

— Дай Аллах, — воскликнул в ответ повелитель, легко поцеловав её в висок.

Нежное тепло поселилось в её душе, так давно покинувшее её. Но вспомнив о том, что султан недавно казнил Эсмахан Султан, девушка помрачнела.

— А как вы, повелитель?

Тяжело вздохнув, султан Мехмет отошёл от девушки и нахмурился.

— Я казнил свою законную жену и мать моих детей. Как я могу себя чувствовать?

Поймав ободряющую улыбку султанши, повелитель вышел из покоев.

Топ Капы. Покои Нурбану-хатун.

Нурбану-хатун терпеливо ждала, пока новая служанка Лаезар-хатун, заменившая покойную Джанфеду-калфу, которая была с ней и в горе, и в радости, застегнёт пуговицы её одеяния.

Взглянув на своё отражение в зеркале, женщина увидела одеяние цвета красного вина, что так любил её шехзаде Селим. После Нурбану-хатун ленивым жестом выбрала корону, украшенную рубинами — один из подарков повелителя.

Недавно она приказала портным за счёт денег из казны сшить ей множество дорогих роскошных одеяний, которых женщина теперь не могла сосчитать.

Слегка наклонив черноволосую голову, она позволила Лаезар-хатун воздеть корону.

— Есть новости из гарема, Лаезар?

— Я слышала, что из ссылки вернулась Нурбахар Султан.

Вздрогнув словно от пощёчины, Нурбану-хатун жестом приказала служанке прекратить попытки поправить её одеяние.

На мгновение она попросту растерялась. Она ведь с таким трудом избавилась от этой наложницы, а теперь она вернулась. Неужели это дело рук Михримах?

— А ещё Михримах Султан приблизила к себе наложницу. Кажется, Ингрид-хатун. Она даровала ей новое имя и позволила принять мусульманство, — рассказывала Лаезар-хатун, стоя рядом.