– Пора одеваться, – наконец произнесла она. Константин с Гермионой сразу поднялись и вышли, давая девушке переодеться в мантию.

Гермиона переживала за кота.

– Давай я понесу, – предложила ей Полумна, протягивая руку за корзиной, где шипел нервничающий кот. – Вам же обязанностями старост надо заниматься! – Спасибо, – от души проговорила Гермиона, протягивая ей дорожную корзинку с животным.

Константин спешно пробежался между карет, предоставив Гермионе найти в толпе Полумну и выбрать карету. Гермиона ранее помогла какой-то девчушке сесть в карету и сейчас брала из рук Лавгуд своего Живоглота.

Полумна почему-то водила рукой по воздуху, словно кого-то гладила. Но сколько бы ни силилась Гермиона понять, кого – вернулся и Константин. Он махнул ей рукой, мол, садись в карету.

Она села и смотрела через окошко на разговор Полумны и Константина. Но оба очень скоро вернулись.

Дверцы закрылись.

Карета двинулась по пути в замок. Дождь лил как из ведра.

В Большом зале школьники рассаживались по факультетам за четыре длинных стола. Вверху простирался беззвездный черный потолок, почти не отличимый от неба, которое можно было видеть сквозь высокие окна. Вдоль столов в воздухе плавали свечи, освещая серебристых призраков, во множестве сновавших по залу, и учеников, которые оживленно переговаривались, обменивались летними новостями, выкрикивали приветствия друзьям с других факультетов, разглядывали друг у друга новые мантии и стрижки.

Полумна и Гермиона отправились за стол Когтеврана. Впрочем, у Константина на уме были более важные вещи: через головы учеников он смотрел на преподавательский стол. И нашел ее...

Пухлая и приземистая, с короткими курчавыми мышино-каштановыми волосами, она повязала голову ужасающей ярко-розовой лентой под цвет пушистой вязаной кофточки, которую надела поверх мантии. Вот она чуть повернула голову, чтобы отпить из кубка, и он, к своему ужасу, узнал это бледное жабье лицо и выпуклые, с кожистыми мешками глаза. Амбридж все-таки явилась в Хогвартс.

Малофой, севший за стол Слизерина почти последним, бросил на Константина презрительный взгляд и демонстративно уселся подальше от него.

Шляпа начала петь. Началось привычное распределение.

И последние строки песни намертво врезались в память:

(...)Подает нам история сумрачный знак,

Дух опасности в воздухе чую.

Школе «Хогвартс» грозит внешний бешеный враг,

Врозь не выиграть битву большую.

Чтобы выжить, сплотитесь — иначе развал,

И ничем мы спасенье не купим.

Все сказала я вам. Кто не глух, тот внимал.

А теперь к сортировке приступим.

– Что? – беззвучно произнес парень. Но МакГонагалл уже выкрикивала первое имя.

Распределение медленно, но прошло. Дамблдор привычно произнес приглашение к столу и пиру. Все начали заправляться вкуснейшей разнообразной едой.

Когда ученики наконец-то покончили с едой, и гомон в зале опять сделался громче, Дамблдор поднялся на ноги. Разговоры мгновенно умолкли. Все повернулись к директору.

– Теперь, когда мы начали переваривать этот великолепный ужин, я, как обычно, в начале учебного года обращу ваше внимание к нескольким кратким сообщениям, – сказал Дамблдор. – Первокурсники должны запомнить, что лес на территории школы – запретная зона для учеников. Некоторые из наших старших школьников, надеюсь, теперь уже это знают. Мистер Филч, наш школьный смотритель, попросил меня, как он утверждает, в четыреста шестьдесят второй раз напомнить вам, что в коридорах Хогвартса не разрешается применять волшебство. Действует и ряд других запретов, подробный перечень которых вывешен на двери кабинета мистера Филча.

У нас два изменения в преподавательском составе. Мы рады вновь приветствовать здесь профессора Граббли-Дерг, которая будет вести занятия по уходу за магическими существами. Я также с удовольствием представляю вам профессора Амбридж, нашего нового преподавателя защиты от Темных искусств.

Отбор в команды...

И тут новая преподавательница искусственно кашляет. Дамблдор умолкает, с недоумением глядя прямо на нее. Амбридж поднялась на ноги – было теперь ясно, что она намерена держать речь. Школьники обмениваются злорадными взглядами: особа явно не знает этикета в Хогвартсе.

– Благодарю вас, директор, – жеманно улыбаясь, начала Амбридж, – за добрые слова приветствия...

Константина передернуло. Голос у преподавательницы был омерзительно тонким, девчачим, с придыханием.

Остаток ее речи он слушал в пол-уха.

Панси открыто глянула на него, когда все встали. Константин властно и очень громко, почти перекрывая начавшийся шум за столами, крикнул:

– Первокурсники! Первокурсники факультета Слизерин! Прошу вас подойти ко мне, пожалуйста! Постройтесь в пары и постарайтесь не отставать!