– К вопросу о позоре Кагэ, – фыркнула Мидзукагэ, удовлетворенно откинувшись на спинку кресла и подливая масла в огонь.

– Да как ты!.. – Тсучикагэ хватал ртом воздух, заходясь в беззвучном крике.

– Коллеги, давайте успокоимся, – призвала Цунадэ, также поднимаясь из кресла и опираясь ладонями о стол. – Мы всего лишь хотели обсудить проблему, которая, без сомнения, является в настоящий момент...

– «Мы»? Что за «мы»? – взревел Райкагэ. – Вздумали объединиться с Суной и захватить все остальные Деревни с помощью Джинчуурики? Черта с два! – Эй погрозил Хокагэ огромным кулаком, заставив тем самым Джирайю выйти из-за спинки кресла и встать рядом с Цунадэ.

– Вот! – Ооноки ткнул крючковатым пальцем в саннинов, зависнув над ухом Райкагэ и ехидно подхихикивая. – Я же говорил, что Суна и Коноха в сговоре!

– Альянс Песка и Листа никогда не был тайным, – брови Хокагэ сошлись на переносице, а руки прочно обосновались на боках, – договор о взаимном сотрудничестве был подписан еще Третьим Хокагэ и Четвертым Кадзекагэ. Вот уж не думала, что это будет для Вас новостью, Тсучикагэ-доно, с Вашей-то агентурной сетью! – Цунадэ многозначительно подняла брови и криво усмехнулась, заметив возмущение старика. – Вам также должно быть известно, что он никогда не был направлен против других Скрытых Деревень.

– Коллеги, я призываю вас мыслить конструктивно, – поспешил вмешаться Гаара. – Если Вы сомневаетесь, что интерес к судьбе Джинчуурики продиктован исключительно заботой о нашей общей безопасности, – он выделил голосом последние два слова, – я готов предоставить Вам все данные, которыми обладает Суна.

– Коноха также поделится информацией, – неохотно буркнула Цунадэ.

– Не желаю ничего слышать! – рыкнул Эй, отодвигая ногой стул, с грохотом упавший на каменный пол. – И оставаться здесь тоже не желаю! За мной, Даруи, мы уходим! И немедленно возвращаемся в Кумо! Ноги моей тут больше не будет!

– Да, босс, – протянул меланхоличный сопровождающий Райкагэ. Он осторожно поднял стул, поставил его на место и, отвесив извиняющийся кивок, направился за своим правителем.

– Глупый, настырный мальчишка, – поставил диагноз Ооноки, смерив Гаару презрительным взглядом. – Мы тоже уходим, Китсучи!

– Но, Ооноки-сама, как же Ку? – наклонившись к тестю, спросил мужчина. – Она до сих пор в госпитале.

– Значит, уходим, как только очнется! Я не намерен оставаться здесь ни секундой дольше! – хмыкнул старик. – Немедленно проводи нас к моей внучке! – приказным тоном обратился он к Баки. Тот, получив одобрительный кивок от Кадзекагэ, направился вслед за стариком и Китсучи.

– Боюсь, что ничем не смогу Вам помочь, Кадзекагэ-доно, – Мэй поджала темно-синие губы и опустила взгляд, тем не менее, продолжая сидеть на месте. – Вы просите слишком многого.

– Этого требуют обстоятельства, – отозвался Гаара, сжав бледными пальцами переносицу. – Угроза действительно серьезная, – подчеркивая каждое слово, тихо проговорил он.

– Не думайте, что я этого не понимаю, Кадзекагэ-доно, – поднявшись со стула и вскользь посмотрев на Цунадэ, ответила Мэй. – Однако альянс Скрытых Деревень, на мой взгляд, так же невозможен, как засуха в Кири или дождь в Суне, – она грустно улыбнулась. – Вы молоды, – ее взгляд и голос стали мягче. – Идеализм и максимализм естественны в Вашем возрасте. Именно поэтому Вам кажется, что объединение наций – это... возможный и правильный выход, – слегка разочарованно добавила она, тряхнув копной рыжих волос. – Но я давно не верю в альянсы. Не думаю, что существует способ заставить Скрытые Деревни забыть все те взаимные обиды, что были нанесены в прошлом. Хорошая память убивает доверие, – в ее улыбке было неподдельное сожаление и едва заметное извинение. Мэй направилась к выходу, за ней поплелся и Чоджуро, поправляя за спиной огромный меч.

– Доверие? – голос Кадзекагэ был безгранично усталым, бирюзовые глаза прищурились. – Я Джинчуурики Однохвостого, – отчеканил Гаара, – что Вы скажете на это?

Мэй замерла, обернувшись и остановив взгляд на его бледном лице. Цунадэ непроизвольно открыла рот от удивления, Темари и Шикамару переглянулись, Джирайя прищурился, потирая подбородок.

– Скажу, что ценю Вашу искренность и восхищаюсь Вашей смелостью и решительностью, – улыбнулась Мэй, – и что Кири сохранит то, что Вы сказали, в тайне. А также, что я подумаю о возможности восстановить доверие, – задумчиво произнесла она, направляясь к двери, – но не более того. Прощайте, – Мидзукагэ обернулась в дверях, вежливо кивнула присутствующим и остановила задумчивый взгляд на бирюзовых глазах Гаары. – Удачи, Кадзекагэ-доно.

– Нда, – выдохнул Джирайя, как только дверь за Мэй и Чоджуро закрылась. – Что и требовалось доказать.

– Честно говоря, я не ожидал, что все настолько... запущено, – проговорил Гаара, закрыв глаза и потирая пальцами ноющие виски: Шукаку истерично хохотал, вовсю потешаясь над его неудачей.

– Гаара, – Темари подошла сзади к его креслу, протянув руку, но юноша инстинктивно дернул плечом, словно скидывая еще не прикоснувшуюся к нему ладонь.

– По крайней мере, мы точно знаем, что Джинчуурики Шестихвостого мертв, – попытался внести долю ясности Шикамару. – И, скорее всего, он мертв не без участия Акацки. Я отчетливо видел, как изменился взгляд Мидзукагэ при упоминании названия организации. Это уже кое-что.

– Верно, – согласился Кадзекагэ. – И все же, я надеялся на более… продуктивный разговор.

– Это было предсказуемо, Гаара, – Цунадэ бессильно упала в кресло. – Я и не надеялась, что этот параноик Тсучикагэ или милитарист Райкагэ пойдут навстречу. Мэй была темной лошадкой, но и эта карта не сыграла. Что будем делать дальше?

Гаара молчал, задумчиво изучая тонкие пальцы покоившихся на столе бледных рук. У него не было ответа.

– Ну что же, мой блистательный? – надрывался Шукаку. – Более эпический провал даже трудно представить! Может, по этому случаю устроим нам небольшой праздник? Чтобы поднять настроение. Запакуем старикашку Тсучикагэ в Песчаную Гробницу? Если ты еще помнишь, конечно, что это такое?.. – бесновался тануки, ухватившись за прутья решетки и мощно сотрясая ее. – Помнишь, конечно, помнишь! Мы же чувствуем, как ты хочешь его прикончить!