– Вот еще! – фыркнула девица, надув губы. – Меня послали позвать вас всех обедать. Но вы были так заняты, – в голосе девчонки проскользнули нотки зависти, – поэтому я решила подождать. К тому же, сидеть в лагере невыносимо скучно. Все занялись своими делами. Какаши-сан делает вид, что читает какую-то книженцию, но мне даже обложку посмотреть не дал и сказал, что ему совсем не хочется потом выяснять отношения с моим дедом. Харука-сан и Даруи-сан устроили спарринг на мечах, им вообще не до меня, а папуля рыбачит вот уже третий час подряд. Вот этого я вообще не понимаю, как можно столько времени сидеть на одном месте?! – Она сдула упавшую на глаза челку. – Мотои-сан наотрез отказался показать нам с Мако-чан остров, да и сама она не особенно горела желанием отправиться в экспедицию. – Куротсучи тяжело вздохнула и отвела взгляд, поджав губы. – В общем, тоска!

– С кем ты тут ругалась? – Наруто сочувственно посмотрел на девчонку, полностью разделяя ее неумение сидеть на месте.

– Ах, это... – она смущенно почесала затылок. – Я прихватила с собой пару онигири. Хаюми-сан всегда говорит, что, отправляясь в путешествие, надо обязательно брать с собой запас воды и провизии, ты ведь никогда не знаешь, сколько может продлиться экспедиция, а этот енот, – девчонка ткнула пальцем в сидевшего у неё под боком пушистого зверька, который довольно облизывался, – учуял еду и залез в мою сумку, пока я... – она замолчала на полуслове.

– Подглядывала? – подсказал Наруто, усмехнувшись.

– Вела наблюдение! – со знанием дела поправила Куротсучи. – Кстати, что это за тренировка такая странная? – быстро перевела она разговор на другую тему. – Почему Гаара просто сидит и ничего не делает? Разве так можно чему-то научиться?

– Это не совсем тренировка. – Наруто бросил взгляд в сторону водопада. – Это скорее испытание. Если его не пройдёшь, то дальше Осьминог-сенсей учить не будет. Говорит, нет смысла.

– Ты прошёл? – оживилась девица, раздвигая руками ветки, чтобы разглядеть получше водопад и сидевшего перед ним Кадзекагэ.

– Нет, – скуксился блондин. – Может быть, Гааре повезёт больше, – расстроенно добавил он.

– Ну, на вид он не сильно превзошел тебя, – скептически изрекла Куротсучи и задумчиво почесала пальцем кончик носа. – Ты тоже сидел, как изваяние, а потом вдруг начал размахивать руками и навернулся прямо в воду.

– То есть, ты тут сидишь уже давно? – пробормотал Удзумаки, старательно скрыв воодушевление в голосе и мысленно прикинув, успел ли остыть обед.

– Не очень, – ответила девчонка, деловито застегивая перекинутую через плечо сумку на все ремешки, и бросила недобрый взгляд на всё ещё сидевшего по соседству енота. – Надо сказать Гааре и Би-сану, а то мне влетит, что я вас не позвала.

– Нам придётся подождать, пока закончится испытание, – посерьезнел блондин.

– Опять ждать?! – воскликнула она и тут же громко чихнула, предварительно состроив смешную рожицу.

Небольшая столовая в домике, где ютился заградительный отряд Кумо, базировавшийся на острове, не могла вместить всех прибывших гостей, поэтому шиноби расположились на обед по-походному, прямо на опушке леса, расстелив на траве огромное покрывало и усевшись вокруг него. Для Чиё принесли из дома деревянное кресло и столик, остальные же устроились на земле. Высказав восторги и благодарности за свежедобытую рыбу скрывавшему смущенную улыбку в густой бороде Китсучи, шиноби увлеченно слушали рассказ главного егеря Мотои об острове и диковинных зверях, населявших его.

Куротсучи, предусмотрительно отвоевав место справа от рассказчика, буквально смотрела ему в рот, забыв о еде. В ее расширенных от восхищения глазах без труда можно было увидеть нарисованные живым воображением картины увлекательных приключений, которые, без сомнения, поджидали ее в чаще тропического леса. Во время каждой вынужденной паузы в рассказе, когда Мотои-сан делал глоток воды или отправлял в рот кусочек рыбы или риса, она нетерпеливо ерзала, ожидая продолжения, и вопросительно смотрела в глаза сидевшему рядом отцу, мягко пытавшемуся утихомирить её исследовательский интерес.

Какаши и Даруи сели по обе стороны от Харуки. Облачник ненавязчиво подкладывал на её тарелку какие-то закуски, по-видимому, решив, что девушка страдает излишней худобой, и время от времени вставлял адресованные только ей краткие и ёмкие пояснения в рассказ об острове. Она безропотно принимала его знаки внимания, благодарно кивая в ответ и обреченно наблюдая, как на ее тарелке растет горка разнообразной еды.

Копирующий ниндзя искренне не понимал, как себя вести. Сегодня с утра, натянув на лицо вместе с маской выражение абсолютной невозмутимости и спокойствия и устроившись под деревом с книгой в руках, Какаши не забывал с необходимой периодичностью перелистывать страницы, однако не воспринимал ни строчки из прочитанного. Все его органы чувств были направленны на скрестивших мечи Харуку и Даруи, впитывая всё до мельчайших подробностей: взгляды, жесты, улыбки, слова. Их спарринг не был похож на тренировочную схватку, которую они устроили с Какаши на полигоне в Конохе в самом начале знакомства. Между ними не было настоящего противостояния. Нанося отдельные удары, они предупреждали друг друга, Харука четко выполняла озвученные инструкции, делала шаг в сторону, уклонялась или выставляла блок. И облачник вёл себя аналогично. Если требовалось, они повторяли выпады и удары, отрабатывали блоки, они словно советовались друг с другом, обменивались опытом.

С досадой поджав губы, Какаши убеждался, что Харука ведёт себя нехарактерно. По крайней мере, не лишённый наблюдательности Копирующий ниндзя раньше за ней подобного поведения не замечал. Она не язвила, не ехидничала, не упрямилась и не настаивала на своем. Когда она смотрела на Даруи, льдистые серые глаза не прищуривались, во взгляде не было вызова, только лёгкое недоумение и надрывавшее храброе сердце Хатаке смущение, спрятанное в неожиданно длинных и пушистых светлых ресницах. Угловатые плечи казались менее острыми, движения – менее резкими, в жестах не было напряжения, а в словах – издёвки. Какаши даже казалось, что, увидь он её сейчас впервые, он ни за что не подумал бы, что она мужчина.