– Я в порядке, - возразила я.
– То есть, конечно же нет, но луна стоит явно в последних пунктах моих проблем. Она убьет меня когда-нибудь позже.

– Она убьет раньше, чем ты думаешь. Она уже здесь, и она голодна, несмотря на твои подачки.

Я вздернула голову, недовольно хмурясь. Мать ошибается. Я - это я. У меня нет никаких навязчивых идей. Вся моя подозрительность - это проявление вполне здоровой паранойи. Все мои выводы логичны. Нет перепадов настроения. Я не пытаюсь причинить кому-то вред или навредить себе. А даже если что-то из этого присутствует в моей жизни, так простите, я среди Сестер Крови!

"Мать никогда не ошибается, - возразила я сама себе, после чего тут же отмахнулась: - У меня совсем другая ситуация. Общие правила меня не касаются."

Женщина тяжело вздохнула:

– Возможно, для тебя это самый действенный вариант. Для некоторых, лучший учитель - их собственные ошибки. Какими бы горькими на вкус они не оказались.

– Как мне со всем этим справиться?

– Как только ты окончательно примешь решение, что хочешь жить именно этой жизнью, ответ придет сам.

Да ладно!

– У гадалок на торговой площади предсказания звучат менее расплывчато и банально. Это что, цитата из какой-то популярной философской книжки среди мертвых? Так вот, вас дурят. Нынче в моде претенциозный жанр. Мне бы пару строк оттуда.

Я возвращалась.

– То что можно прочесть, ты уже прочла.

– Как и мой оппонент. Она превосходит меня во всем, - скрипя сердцем признала я.
– Она как будто я, только сильнее, умнее и лучше.

– И все же, она - Старшая Сестра, а ты - Мать. А это уже кое о чем да говорит.

О коррумпированности в высших кругах?

Да, определенно, да. Лучшее подтверждение тому - Мать, выводящая меня к проводнику.

Слой за слоем, тени сдвигались в сторону, освобождая нам дорогу. Неохотно, но неотвратимо, они признавали за Матерью право проводника. Женщина двигалась уверенно, идя по какому-то своему маршруту, совершенно неподдающемуся обычной человеческой логике.

 - Главное помни, - не оборачиваясь сказала она, продолжая тянуть за собой, - сначала помоги себе. Иначе толку с тебя будет как с закостеневшего терновника.

– Что сойдет только для растопки костра?

– Что сойдет только для розжига жертвенного огня.

Что-то начало меняться. В самом воздухе, пропитанным магией и ночными кошмарами. Нашептывания, разносящиеся с разных концов спрятанного пространства, сменили свой ритм на более угрожающие напевы. Странные движения, улавливаемые самым краешком глаза. Чтобы там не пряталось за потухшими красками прилегающей границы реальности, оно начинало проявлять к нам интерес. Не зная, что еще сказать, и как подавить в себе растущую нервозность, возрастающую с каждым шагом, приближающим меня обратно к людскому мир и полю зрения затаившихся тварей, я уцепилась за последнее клише, что знала о духах.

– Будет на прощание какое-нибудь предупреждение? О грядущих опасностях или неминуемой гибели?

– Поздно предупреждать, - Мать остановилась.
– Все, чего тебе стоило опасаться уже здесь. Задолго до тебя.
– Она провела раскрытой ладонью по одной видимой ей линии. Что-то щелкнуло. Поддаваясь давлению нарастающего гула, чернота поползла в стороны, открывая вид на перекошенную дверцу с шелушащимися ошметками серебристой краски. Женщина толкнула ее вперед. Та поддалась с жалобным скрипом.
– Вот и время прощаться. Не люблю моменты расставания.

– Но как же пробуждение Крови?
– жалобно простонала я, когда меня бесцеремонно за шкирку швырнули в соседнее пространство. И прежде чем дверь закрылась, Мать ответила:

– Ее в тебе пять литров, вполне достаточно для какой угодно глупости.

Глава 9

В ее глазах плескался ужас. Айви громко и хрипло дышала обхватив себя руками. Монотонно повторяла заговор, что должен отыскать меня в закоулках замкнутого подпространства и вывести на верный путь. Ее правая рука болезненно сжалась в кулак, изо всех сил удерживая какую-то маленькую, но невероятно опасную ношу.

Зря я о ней плохо думала. Честь превыше Крови. Чистота души превыше всего. Что бы это дитя смерти ко мне не испытывала и как бы не противилась, но свои обязанности она выполняла на совесть. Ждала на исходе последних сил, но с места не сдвинулась, хотя могла с чистой совестью вернуться обратно в мир. Слова бы плохого о ней никто не сказал...

... Но она осталась. Держалась то ли на собственном упрямстве, то ли на гордости, но пост проводника девушка не бросила. Ее вины не было в том, что я не смогла найти к ней дорогу. Не было ни шанса, что девушка сможет докричаться до тех кругов демонической территории, откуда я начала свой путь. Вот что бывает, когда пытаешься воззвать к тому что без задних лап дрыхнет на боку и совершенно не хочет просыпаться. Именно так выглядит повторное пробуждение Крови.