Через четверть часа принесли обещанных карпов, а вместе с ними - блюдо с целой горой жареного на углях мяса. Мы занялись едой, и какое-то время за столом раздавалось лишь звяканье приборов да - чего уж греха таить - довольное чавканье.

– Спасибо тебе, Сэм, - сказал я, наконец, откидываясь на спинку стула.
– Повезло нам все-таки, что мы тебя встретили.

– Ай, брось. Я и сам рад. Гости у меня здесь редко бывают.

Позади нас скрипнула дверь, и Скай, встрепенувшись, громко гавкнул в сторону вошедшего. Девушка, как раз убиравшая у меня тарелку, ойкнула и уронила посуду на пол. Вилка и нож зазвенели по полу, сама тарелка разлетелась на осколки. Мулатка бросилась на колени, начала торопливо собирать их.

– Тихо, не порежься, - улыбнулся я, положив руку ей на плечо.

Она вздрогнула и зашипела, как от боли. И тут же бросила полный ужаса взгляд в сторону Сэма. Тот как раз отвлекся - вошедший в столовую высокий бритоголовый негр что-то шептал ему, склонившись к самому его уху.

– Эй, ну чего ты...

– Ничего. Простите меня, господин!
– пролепетала мулатка, собирая осколки тарелки в подол.

– Постой-ка...

Она замотала головой и, не глядя на меня, прошмыгнула мимо.

Мы встретились взглядом с Брэндоном. Тот хмуро глядел на меня поверх кружки.

Я кивнул.

– Ладно, иди,- сказал, наконец, Сэм негру, выслушав его.
– Жди меня на кухне. Я чуть позже дам распоряжения.

Он обернулся к нам, и снова дружелюбно улыбнулся.

– Ну, что ребят? Может, теперь по сигаре?

– Да нет, пожалуй, мы и так у тебя засиделись, - сказал я, поднимаясь из-за стола.
– Не будем злоупотреблять твоим гостеприимством.

– Как знаете, - пожал он плечами.
– Мне тут как раз тоже нужно решить кое-какие дела. Хотите - прогуляйтесь по ранчо. Здесь есть на что посмотреть.

– С удовольствием.

Мы выбрались из дома, и на крыльце Брэндон шепнул мне ухо:

– Сваливать отсюда надо. У меня плохое предчувствие.

– В связи с чем?

– Не нравится мне этот твой Сэм. Мутный очень. Он такой же фермер, как я - балерина. Рейтинг у него видел? Почти 200! Я таких сроду не встречал!

– Не обратил внимания, - признался я.
– Но, наверное, ты прав. Он не так прост, как кажется...

У меня из головы не шла запуганная девчонка-прислуга. Да и вообще, обстановка в доме, надо признать, какая-то гнетущая. Неписи ходят, как по струнке, дышать без спросу боятся. И это здорово не вяжется с добродушной физиономией Сэма и его широкой открытой улыбкой.

Впрочем...

Знавал я одного парня, когда работал под прикрытием в Огайо. Веселый был, компанейский. Женатый. Трое ребятишек, души в них не чаял. В общем, настоящий семьянин. Чтобы прокормить детей, мотался по всей стране, доставлял всякие грузы, чаще всего криминальные.

Как-то раз увидел я у него в бардачке здоровенный нож. Удивился еще. Ладно бы огнестрел или, на худой конец, электрошокер - можно было бы подумать, что для самообороны. Но представить, что он может орудовать таким тесаком, было сложно. Хлипкий он был, да и вообще - про таких говорят «мухи не обидит». Его в банде во многом из-за этого и держали - вид у него был такой безобидный, а язык так хорошо подвешен, что он мог отбрехаться от любого полицейского.

Поинтересовался я, для чего ему такой клинок. Он с усмешкой ответил - «Да так. Последний аргумент». Позже признался, что время от времени берет попутчиц. Завозит их в какие-нибудь дебри и насилует. А «последний аргумент» - для тех, кто слишком уж брыкается.

В итоге сел он на пожизненное, и именно за это, а не за свои «курьерские» похождения. Семь женских трупов в трех штатах. И это только то, что удалось доказать.

Я с кислой миной обвел взглядом ровные ряды яблонь, выстроившиеся вдоль вымощенной камнем дорожки. Пейзаж был идиллический - солнышко, зелень, какие-то птахи чирикают. А вот настроение стремительно портилось - будто небо тучами заволакивало.

– Пойдем-ка, прогуляемся, - кивнул я Брэндону и первым спустился с крыльца.

– Господа, вы уже уходите?
– окликнули нас сзади.

Тот самый негр, что заходил в столовую. Здоровенный бугай, плечи едва в дверной проем проходят.

– Меня зовут Том, я помощник мистера Хольцера. Он просил передать, чтобы вы задержались еще ненадолго. А пока я могу показать вам ранчо. Если хотите, конечно.

Он замер в учтивом поклоне.

– Не хотим!
– буркнул Брэндон.
– И вообще, нам уже пора. Мы торопимся.

– Но мистер Хольцер настаивает...

– Можешь передать Сэму, что мы его подождем, - сказал я.
– Побродим пока по ферме. Но провожатые нам не нужны.

Том замешкался - наш ответ явно шел вразрез с тем, что он ожидал. Но перечить не стал.

Мы с Брэндоном прошлись по пустынным аллеям сада. По идее, в таком большом имении должна быть уйма народу - обслуга, рабочие, охранники. Но сейчас ранчо будто вымерло. Похоже, никто не хочет показываться на глаза чужакам.

– Так что делать-то будем?
– нервно оглядываясь, спросил Брэндон. Скаю будто бы тоже передалась его тревога - пес жался к его ногам и скулил, заглядывая ему в глаза.
– Уйдем, не прощаясь?