Секунда длилась вечность, минута – еще дольше. Крики сердобольных женщин, плач грудных младенцев и вопли крестьян доносились до стоявших на балконе. Сознание угасало, шум в ушах все нарастал. Лэнс стоял рядом, в окружении близких друзей. Он утвердительно кивнул, готовясь помочь умершему попасть на Ту Сторону. Бывший Хранитель Запада, чье изборожденное морщинами лицо выглядело еще суровее чем обычно, внимательно смотрел на сына.

Лоран не любил юношу и желал ему смерти, но теперь его заветное желание осуществилось. Странно, что он не испытывал удовлетворения, лишь какое-то подобие жалости. Здесь были все: Роза, предавшая родного брата, Ренси, слишком рано покинувший мир, Людвиг, маленький мальчик, напоминающий Хенрика. И, наконец, сам Тьерс Таргариен. Они давно ждут. Почувствовав холодную сталь в области сердца, Лев обхватил затылок врага и, наклонившись к нему, прошептал:

– Я буду ждать тебя на Той Стороне. Ты не спрячешься ни в этом мире, ни в другом!

Стряхнув отвратительные прикосновения, Предводитель сделал последний рывок. Меч прошел сквозь жизненно-важный орган и провернулся. Раздался предсмертный стон. Ни жалобный, ни слезный. Ниточка жизни оборвалась. Глаза загорелись, а затем погасли навсегда, приобретая странный оттенок прозрачного стекла. Голова упала на грудь, а искалеченное тело повисло на перилах. Лишь какое-то неоправданное умиротворение царило на лице убитого, словно он избавился от чего-то гнетущего. Это разозлило Лжепророка. Еще никто не умирал от его рук с улыбкой на устах. Безжизненные останки полководца, не проигравшего ни одной битвы, пролетели несколько десятков метров, прежде чем соприкоснулись с грязной уличной плиткой. Шокированные жители столицы не смели пошевелиться.

– Смотри, Маркус. Все кончено, – обратившись к безмолвным небесам, Старк достал всем известный список имен. Те, кто заслужили смерти и получат ее. Наконец-то первое имя можно зачеркнуть. Спустя несколько секунд ему принесли золотую корону, символ и оплот власти. Аккуратная работа мастера. Ее украшали гербы людей, что помогли свергнуть величайшую династию. Цветы, рыбы, кракены, соколы и львы. Ко всеобщему удивлению, она последовала за своим владельцем, на мгновение задержавшись в воздухе. – Бесполезная вещь.

– Повелитель, что нам делать дальше? – спросил один из доселе молчавших солдат, стараясь соблюдать величайшую осторожность и не распалять бурю в душе лидера. Было видно, что тот борется с каким-то непонятным чувством. Что же это, черт возьми, такое? Где наслаждение, где переполняющая волна эмоций? Он добился своего, пришел к главной цели и исполнил заветную мечту.

– Сожгите этот город дотла, – таков был ответ. Приказы вожака не обсуждались, но глуповатый фанатик осмелился раскрыть рот для возражения, за что был награжден пронизывающим взглядом. – Мы возвращаемся домой.

***

Смеркалось. Шпили огромной крепости затянуло черным облаком дыма. Повсюду сновали мародеры, грабившие дома и насиловавшие женщин. Выжженные земли не представляли интереса для регулярной армии дорнийцев и северян. Она держались как можно дальше от массовых скоплений вышедших из укрытия головорезов. Для кого-то сегодняшний день был трауром, для кого-то – праздником. Большинство так и не смогли понять всю суть произошедшего, поскольку давно расстались с жизнью и стали пищей для ворон или изголодавшихся собак. Белая кобыла изредка фыркала от недовольства, когда ей приходилось избегать обглоданные псами трупы. Всадник не желал отчищать ее копыта от человеческих останков.

Добравшись до береговой линии, мужчина в плаще спешился и поприветствовал всех собравшихся легким кивком. Рубиновое море бушевало. Нескончаемая борьба стихий продолжалась уже вторые сутки подряд. Флаг Ланнистеров с изображенным на нем золотым львом, воткнутый в песок около лодки, развевался на ветру. Вокруг столпилось множество священнослужителей и благородных рыцарей ночи. Рыжая собака, поскуливая, лежала возле деревянного челна. Билл подошел к ней и положил морщинистую руку на влажный нос.

– Все хорошо, Соня, – проговорил он мягким, нежным тоном, поглаживая вытянутую морду. Преданное животное хоронит второго хозяина. Одного она помнила смутно, но со вторым прожила больше четверти века. – Я отведу тебя в безопасное место. Ты не останешься здесь.

Уничтоженная псарня выпустила на волю множество необузданных кобелей, ранее отведавших людской крови. Они едва не разорвали любимую собаку королевской семьи на части. Агрессивных зверей пришлось убить. Опутав шею любимцы Майкла веревкой, Разбойник передал ее двоим приспешникам, а затем приблизился к лодке, где покоился самый могущественный человек страны. Паника, вызванная падением трупа самого государя, заставила крестьян разбежаться. Именно тогда тело убитого пропало бесследно.

– Какое месиво, – исследуя раны и мелкие порезы на груди мертвеца, Билл невольно отвернулся. Гадкое зрелище. Тем не менее, осмотр надо закончить ради одной вещи. Кулон, отливающий легкой зеленью, был грубо сорван с шее и надежно спрятан, – ну что же, пора, – задержавшись на мгновение у своеобразного гроба, он накрыл ладони покойника своими. – Я позабочусь о твоих детях.

Служитель Господа прочел длинную молитву за упокой души. Закончив, он позволил накрыть тело убитого непроницаемой тканью красного цвета, вложить ему в руки меч, которым он героически защищал свой народ, и толкнул челн в море. Вода подхватила деревянное строение, унося вдаль. Дождавшись сигнала, лучник натянул и выстрелил. Огненная стрела пролетела над поднявшейся волной и упала в ладью. Пламя моментально охватило маленький кораблик, отпуская душу умершего.