Но ответом стала лишь усмешка, заставившая его усомниться в правильности своих действий.

– Что?

– Ничего. Просто, кажется, я наконец-то начала тебя понимать. Я знаю обо всем, – леди Сванн сжала руку смутившегося кавалера. В миндалевидных глазах читалось желание проникнуть в потаенные закоулки души и извлечь наружу все погребенные страдания. – Слышала о столице. О Севере. О Лжепророке. О той деревне с…

– Довольно! – оборвал её Никлаус, разрывая объятия. До этого их лица находились на опасном расстоянии. Это неправильно – за такой короткий срок нарушить все клятвы, данные мертвым и живым. – Ты думаешь, что знаешь меня? Благодаря россказням, слухам и домыслам? Победоносный сын Майкла, сражающийся против тьмы. Но нет. Не обманывай себя. Ты подарила танец истинному Дьяволу в маскировке, – услышав до боли знакомые мотивы, пробравшиеся в безвинную композицию о любви, Лев облизнулся. Долгожданный миг. – И сейчас тебе предстоит в этом убедиться.

С чего бы мне, – сказал тот лорд, –

Склоняться перед тобой?

На стяге твоем такой же кот,

Лишь только цвет другой.

Хоть алый лев, хоть лев златой, –

Важней длина когтей.

Не верю я, что коготь твой

Острее и прочней.

– Так он сказал. Так он сказал. Из Кастамере лорд, – закончил Цербер, подобравшийся к жертве, сидящей за главным столом. Шокированный Гектор подскочил с места. Его пытались запугать. – С тех пор лишь дождь в пустынный зал по лорду слезы льет. Вы помните эти строчки, милорд?

Остановившись напротив агрессивного противника, блистательный оратор вновь облизнулся.

– Впрочем, не имеет значения. Хотите, я расскажу вам сказку? Давным-давно жил-был король-лев. Его называли Пастухом Солнца, ибо его правление ознаменовало приход светлых времен в сказочное королевство. Увы, с приходом к власти он обрел множество врагов. Клыкастые твари, олицетворяющие его демонов, преследовали короля, так как хотели отобрать царство. Увидев подступающие тени врагов на своем доме, Пастух трусливо сбежал и оставил королевство на растерзание шакалам, стервятникам и монстрам. И с тех пор некогда великого правителя никто не видел. Его свет погас. Некоторые говорили, что слабый огонек все же светился в маленькой комнате заброшенной хижины на краю пропасти. И это правда. Но твари, захватившие власть над разрушившимся государством, даже не предполагали, что Пастух не успокоится, пока его враги не будут побеждены. Свет давал ему силы. Однажды он призвал на помощь всех магических существ, что были изгнаны из королевства с приходом скверны. Среди них были соколы, волки и олени.

Трант заметно вздрогнул и побледнел.

– Они захотели вернуть свой дом назад. И пошли войной на тех, кто посмел его отобрать. Как думаете, чем же моя история заканчивается? – Через приоткрытые двери ворвалась вооруженная толпа, в чьих руках оказался плененный и избитый до крови Терри. – Давайте же выясним.

– В моей семье есть присказка: “Убей демона сегодня – столкнись с дьяволом завтра”. Но, даже танцуя на могиле демона, вы зададитесь вопросом: а был ли этот демон единственным? – продолжил главнокомандующий силами Альянса, подходя ближе к заложнику. – Или же вам еще есть, с кем сражаться? Но тем не менее вы отмечаете выигранную битву.

Младший Трант не противился, когда его схватили за горло и, приложив максимум усилий, швырнули прямо к ногам облаченного в железо стражника.

– Спросите себя: по-настоящему ли вы готовы к войне?

Сопротивление невозможно. Любого противящегося убивали без приказа. Гектор не мог пошевелиться – страх сковал всё его тело. Мольбы собственного ребенка не тронули чёрствого отца, зациклившегося на таинственном солдате, снимающем шлем. Вопль безысходности вырвался из груди преступника, стоило ему встретиться с голубыми глазами, напоминающими о Бернарде. Значит, это правда. Он действительно воскрес из мертвых – наследник Рогов. Избавившись от сковывающей личины, Вильгельм не стал медлить и сразу же занес молот над извивающимся мальчишкой. Колебания на миг остановили его. Но затем в сознание ворвались обрывки фраз: “Гектор, прошу тебя. Молю. Не делай этого”.

Острый шип вошел в позвоночник, дробя кости. Кровь хлынула из раны, заляпав рядом стоявших. Никакой пощады. Никакого сочувствия и сострадания.

***

Он скакал так быстро, как только мог. Ему удалось вырваться из цепкой хватки юнца и выбраться наружу. За ним не устроили охоту, позволяя уйти. Конечно, только ради предстоящего развлечения. В ушах до сих пор стоял предсмертный крик сына. Нет, у него больше нет семьи. Ее перебьют. Домой возвращаться нельзя. Пусть сначала они накажут его жену и второго сына, а он пока успеет собрать людей для битвы.

Замок, возведенный на береговых скалах, принял его с распростертыми объятиями. Хозяин давно лег спать, но, разбуженный, был вынужден принять беглеца. В конце концов, они оба виноваты.

Лживый Роланд открыл ворота союзным войскам Ланнистеров и Тиреллов. Тобольт прикончил визжащих детей – сыновей Бернарда, но просчитался и не смог найти третьего. А Гектор убил его драгоценную женушку, которую жаждал получить сам. Как они могли не заметить прячущегося под кроватью ребенка? Самая нелепая ошибка, какую они могли допустить. Им определенно нужен план. Неожиданно их прервал вошедший без спроса слуга, доложивший о прибытии некоего господина, способного решить создавшуюся проблему.

– А ты кто такой? – рявкнул Гектор, рассматривая прячущегося в тени незнакомца. К его удивлению, он тут же поспешил явить себя. Отполированный до блеска панцирь с серебристым крабом, расположившимся в центре грудной клетки, сразу бросился в глаза. – Прихвостень Клауса?

– Спешу заверить – наоборот. Я давно следил за вами, лорд Трант. Можете звать меня Теодором, – вежливо поклонившись, Борелл снял капюшон, давая темным кудрям упасть на лоб. – Думаю, у нас с вами есть общие интересы.