– Кто здесь? – спросила девушка, оглядываясь, но всё, что она видела – непроницаемую тьму и сплошные потоки светящихся цифр, возникающие где-то внизу, в бесконечно чёрной бездне.

– ВИЛЛ, ТЫ ХОЧЕШЬ УЗНАТЬ ИСТИНУ? – спросил тот же голос. Этот голос был мужским, однако Вилл заметила – в нём не было и тени эмоций, словно он не принадлежал человеку.

– Какую истину? – растерянно спросила девушка. Было совершенно странно, что она не ощущала своего тела. Не было и ощущения полёта. Вместо этого стражница чувствовала, будто стоит на пороге неизмеримой бездны, и у неё нет сил противиться её зову, так как бездна эта – её часть, так же, как и она сама – часть бездны. У Вилл было чувство, будто она является частью чего-то огромного, дремлющего. Это было настолько странно и необычно, что если бы у Вилл попросили сейчас описать это ощущение, она бы не смогла этого сделать.

– И ВЕРНО – КАКУЮ ИСТИНУ? – казалось, владелец голоса улыбнулся. – ИСТИН МНОГО, И ВСЕ – ЛИШЬ ЧАСТЬ АБСОЛЮТНОЙ. Я ПРЕДЛАГАЮ ТЕБЕ ТУ, ЧТО ВАЖНА ДЛЯ ТЕБЯ И МНОГИХ ДРУГИХ…ХОТЬ ВЫ ЭТОГО И НЕ ОСОЗНАЁТЕ…

– Я…я не знаю, - всё так же растерянно ответила Вилл.

– ТОГДА Я ПОДОЖДУ, - произнёс голос и…Вилл обнаружила, что лежит в своей постели, уткнувшись носом в подушку.

Первым делом Вилл громко чихнула, окончательно просыпаясь. Легла на спину и, глядя в потолок, стала размышлять об увиденном сне. Однако углубленный анализ сновидений с позиций психоанализа (равно, как и с любых других позиций) никогда не давался ей утром…да и в любое другое время суток. Поэтому, сделав лаконичный и исчерпывающий вывод: «Бред сивой кобылы!», Вилл решительно поднялась, стряхнув с себя одеяло. К своему немалому удивлению девушка нашарила тапки ногами на полу с первого раза, и только потом вспомнила – еще в четверг она пред лицом непреодолимых обстоятельств в виде предупреждения о возможности применения к ней со стороны вышестоящих лиц (то есть мамы) санкций, более серьёзных, нежели домашний арест, худо-бедно совершила уборку в своей комнате. И при этом беспрестанно ворчала и сетовала на свою нелёгкую судьбу. Вилл улыбнулась и, встала с кровати, потягиваясь. Мельком взглянув на часы – ровно девять утра – Вилл решила привести себя в порядок, и направилась в ванную комнату.

Приведение себя в порядок заняло ровно четыре минуты, после чего посвежевшая и довольная Вилл уже на выходе из ванной столкнулась с толкнулась с зевающей Сьюзан Вандом. Женщина оглядела дочь, а затем сказала:

– Что-то ты сегодня раньше обычного проснулась. На два часа.

– Хм…а может, я новую жизнь начать решила, - пожала плечами Вилл, пропуская мать в ванную комнату. – Ну, знаешь – зарядка по утрам, здоровая еда и всё такое.

– С трудом вериться, - с сомнением ответила Сьюзан. Вилл улыбнулась, неожиданно обняла мать, и, со словами: «Я завтракать», направилась на кухню.

Оценив по достоинству омлет домашнего приготовления и вечный сладкий слоёный пирожок с кофе, Вилл с довольным видом развалилась на стуле, пребывая в состоянии, близком к эйфории. Думать о чём-то серьёзном решительно не хотелось. А тем более – о задании Эндарно и вчерашних событиях в магазине.

Но тут благостную тишину вспорола телефонная трель. Послышались шаги, и через минуту трель смолкла.

– Вилл, это тебя, - Сьюзан вошла в кухню, держа телефонную трубку. Протянула её дочери.

– У аппарата, - буркнула Вилл, взяв трубку.

– Вилл! Что-то странное твориться! – тотчас отозвался на том конце взволнованный голос Тарани.

– В смысле? – не поняла Вилл – мозг всё ещё отказывался адекватно работать.

– Магазин, Вилл! Магазин Седрика! – воскликнула Тарани. – Ни единого слова о взрыве и пожаре в СМИ!

– То есть как это? – удивилась Вилл, настраиваясь на рабочий лад.

– А вот так! Сама посмотри, - ответила Тарани.

– Верю, - покачала головой хранительница Сердца Кандрокара. – Уже выхожу. Обзвони пока всех, - и отключила связь.

– Что опять стряслось? – сурово спросила Сьюзан, скрестив руки на груди.

– Мам, срочное дело.

– И какое же? – строго спросила женщина.

– Дело жизни и смерти. Одному человеку…, - тут Вилл запнулась. Ей было очень неприятно врать матери – с каждым разом это становилось всё труднее. Всё чаще Вилл не могла найти себе оправдание и разрывалась между долгом стражницы и честностью перед самым близким человеком. Пока она старалась этого не замечать. Но долго ли так сможет продержаться? – Одному человеку нужно помочь с подготовкой к тесту по физике, что на следующей неделе…

– Что-то я не припомню, чтобы ты хорошо разбиралась в физике…Или под «одним человеком» ты понимаешь как раз себя? – предположила Сьюзан. Вилл покраснела. – Ну ладно. Дело важное.

– Всё будет в порядке, мам, - ответила Вилл, поцеловала мать в щёку, и метеором ринулась в свою комнату…

– По-моему, это уже паранойя, - в очередной раз недовольно сказала Ирма, сильнее натягивая шапку на уши и кутаясь в куртку – на улице было довольно холодно. Стражницы и Орубе гордой поступью двигались средь пешеходов по заснеженным улицам Хитерфилда, точно ледоколы среди льдов, в направлении «Старого книжного магазина» - в свете последних событий было решено разведать, что там твориться.

– А ну тебя, - махнула рукой Вилл. – Вот заладила – паранойя-паранойя.

– Вас послушать, так прямо теория заговора получается, - насупилась Ирма.

– Ага, - с готовностью подхватила Хай Лин. Скорее, чтобы подшутить над Ирмой, чем из согласия с Вилл. – Тайное правительство, контролируемое инопланетянами, плетёт зловещий заговор против Кандрокара.

– Но факт остаётся фактом – в городских СМИ нет ни слова о взрыве магазина, а ведь народу там собралось вчера достаточно, чтобы информация просочилась. И пожарные с полицией были, - невозмутимо констатировала Корнелия. – И вот ещё что – я только сейчас заметила, что об исчезновении Седрика тоже нигде не сообщалось…