I want to put you down on a mattress put your face up against the wall.

Do you understand? The hole in my heart is you.

(Black Lab — Hole in My Heart)

Билл дернулся от шороха, когда что-то тяжелое перевалилось и шумно спрыгнуло на его балкон. Его глаза расширились. Из-за штор, высокий и помятый, появился Том. Он резко закрыл за собой балконную дверь и задернул занавески, чтобы их разборку, на случай, если она будет, не подслушали и не подсмотрели вредные соседи.

— Твою мать! — Кернер вскочил и попытался открыть дверь, которую сам же и запер для своей безопасности от внешних вторжений.

— Билл. Послушай меня. Пожалуйста… — Том моментально оказался около него и схватил сзади за талию, не давая возможности вырваться и невольно задирая своими движениями футболку парня. — Стой. Я знаю, ты очень обижен на меня. Но, пожалуйста…

— Отпусти меня, Том, — зло брыкался Кернер.

— Хорошо. Я сделаю все, что ты хочешь. Но позволь мне все тебе объяснить. Ты поймешь: я тебя не обманываю…

— Убери от меня руки, — гнул свое Билл, явно зациклившись на этом вопросе.

— Ты готов слушать?

— Нет.

— Тогда не уберу.

У него такие горячие ладони… — расслышал Альфредо одну-единственную мысль, бившуюся словно испуганное мышиное сердечко в лапах кошки.

Вопреки логике ситуации, Том рассмеялся.

— А… Я понял. Извини, я уберу руки. Извини. Если тебя это немного успокоит. — Он действительно отпустил свою встрепанную жертву и взялся за ручку двери, чтобы Кернеру было некуда бежать.

— Ты опять подслушиваешь мои мысли? — Пряди черных волос рассыпались по шее, когда Билл раздраженно обернулся.

— Да. Больше не стану тебе врать. Я их слышу постоянно; это не тот процесс, который можно контролировать. Если правильно настроишься, ты тоже можешь слышать мои.

— Я не хочу их слышать. Я от тебя ничего не хочу, — продолжал злобствовать брюнет.

— Странно. Все это время я думал, что ты места себе не находил без меня. Твои чувства не могут врать. — Том виновато посмотрел на него из-под опущенных ресниц.

— Ах ты… — лицо Кернера резко изменилось. — Кретин! Ты и после того, как мы поругались, продолжаешь лезть в мою голову?

— Я ж говорю. Ничего не могу поде… — Том резко выдохнул, оборвав речь на середине. Черноволосый молодой человек налетел на него и попытался наподдать изо всех сил куда-нибудь, чтобы обезвредить врага.

— Ладно, я сам виноват, — Том морщился от его ударов. — И почему сегодня все так хотят меня убить?

— Потому что ты полный имбецил, — хрипло шепнул Билл в порыве их маленькой возни.

— Да. Я такой… — Том схватил его и сжал плечи, чтобы немного сковать руки парня. Его удары были довольно ощутимы.

Возня продолжалась недолго. Примерно до того момента, пока они не упали на пол, потеряв равновесие, и не покатились по ковру, сбивая на ходу стул и подминая все разбросанные по комнате вещи.

— Руки убери, кому сказал! — рыкнул Билл громко, вызывая своим недовольством дрожь стекол.

За стенкой Фиби, Аманда, Гарри и присоединившийся к ним Грег прилепились ухом к двери, гадая, что происходит с той стороны.

— Мне кажется, пора звонить в полицию, — тихо прошептала Аманда.

— Тш-ш-ш! — тут же шикнули на нее три остальных голоса.

Разборки продолжались.

— Билл, прекрати ерзать, тогда уберу! — пошел Том объяснять по третьему кругу. — Я же терпеть не могу, когда ты меня бьешь.

— Пошел ты, Эл. Я не буду с тобой больше разговаривать никогда в жизни.

— Ты уверен? — Том пошел в лобовую и лизнул парня в шею. — А так?

— Отпусти… — нервная дрожь прошлась по всему телу.

— А так? — Том задрал на нем майку до середины груди и принялся целовать нежную кожу, которая стала ему доступна.

— Пошел на хуй, — смазано прошептал Билл, загребая пальцами ковер и силясь вырваться.

Том пошел. Завел запястья Билла за голову, в то время как другая его рука довольно настойчиво погладила брюнета по ширинке. Кернер сжал зубы и протестующе зарычал, слегка дернув плечами.

— Я от тебя не отстану, ты понимаешь? Я не врал тебе, говоря, что ты мне небезразличен. Это правда.

— Мне все равно. Потому что мне безразличен ты. Совсем. Ты — подлый обманщик.

— Кто обманщик? Я? — Том издевательски гладил и ворошил его волосы. — У тебя стояк, твердый, как лом. Не ври мне, Кернер, я слышу все, о чем ты думаешь… Твои желания слишком отличаются от того, что ты говоришь, иначе почему ты мысленно раздеваешь меня?