— Умно! Я с вами согласна, — сказала Вера Яновна. — Ваша же методика целительства основана на энергетических нитях и вибрации ауры. Вы используете знаковую систему пространства. Перемещаете человека в параллельные миры. Вы — ситтер, помощник, проводник. Часто вы используете техники сновидений, медитацию и духовных двойников пациента.

Глаза Веры Яновны были полуприкрыты, она сама говорила будто во сне.

— Поразительно! Откуда вам известна моя техника? — Сергей имел вид ребенка, у которого взрослая тетя легко разгадала его загадку. — Вы читали мои публикации?

— Нет, но я сама тиснула недавно пару статеек о знаковой системе и сакральной геометрии. Это, Сережа, видите ли — моя профессия. Кроме того с вашим «дядей» Андреем буквально пару дней назад мы участвовали в одном сеансе черной магии. Помогали нам наши эфирные двойники.

— Это очень серьезно и опасно! — насторожился психоаналитик.

— Мы с вами, Сереженька, через пару неделек проконсультируемся, если что. Хорошо?

— Конечно.

— А пока своими средствами будем исцеляться.

Коварная женщина наклонилась и прошептала Сергею на ухо: «И лучше из них — концентрация на чем-то хорошем в момент оргазма».

Ухо молодого человека стало красным, но он не дал себе волю раскраснеться дальше, а улыбнулся и тихо шепнул Верочке тоже на ушко: «Прекрасно знаю».

Зато Иришка давно уже сидела с пунцовыми щеками. И только она начала успокаиваться, что ее Сережа успешно «сдает зачет» как эта «вероломная» сестрица начала шептаться с ее женихом. О чем? И что он так восторженно смотрит на нее?!

— Я изобрел гениальный прибор, — уже хвастливо сказал австрийский подданный. — Он измеряет вибрации ауры, накалы энергетический полей. Подобные есть, но мой ранжирует все по чакрам и отвечает изменением структур на экране на мои вопросы о причинах и следствиях болезни, душевного мира пациента. Но — глаза стали грустными — прибор мне не отдадут. В университете в его изготовлении участвовала целая лаборатория биофизиков, электронщиков, нейрофизиологов.

— Пустяки. Сделаем! Я попрошу Вадика поработать с вами и через 3–4 месяца будем патентовать. Или оставим в секрете.

— Кто такой Вадик? — спросил Сергей.

— Лодочник, — загадочно ответила Вера.

— А… а-а. Понял, — многозначительно кивнул молодой человек. — Харон?

— Типа да, — рассмеялась молодая женщина. — Все может!

«Нужно запомнить это новое для меня русское выражение «типа да», ведь она опытный лингвист, мне нужно совершенствовать русский», — подумал молодой человек.

— Ни в коем случае. Не следует вам, Сережа, запоминать этот молодежный сленг, — вдруг сказала Мария Родиславовна.

Сергей вздрогнул: «Она что, прочитала мои мысли» и посмотрел растерянно на Андрея Петровича».

— Ваще крутяк! — многозначительно развел руками мужчина.

Гость перевел взгляд на Иришку. Ее выражение лица говорило: «Вот так вот, милый».

— Извините, а где мне можно покурить? У меня электронная трубка, — Сергей достал из кармана элегантную трубку.

— Пойдем, дружок, в гостиную, — предложил Андрей и отправился с юношей.

Они сели на диван и мужчина сказал добродушно, положив свою руку на руку нового друга.

— Не смущайся ничем. Все тайны эти добрые люди тебе скоро откроют. Я сам был примерно в твоем положении четыре месяца назад. А сейчас уехал из Екатеринбурга, уволился из университета и продаю там квартиру. Буду жить и работать в Питере. Вероятнее всего — в усадьбе, в будущем Целительном Центре. Но точнее и больше сказать не могу. Правда. А как мама?

— Вам привет передала. Пока собирается жить в Вене.

Они поговорили еще минут десять и, когда оба уже встали с дивана, Андрей Петрович спросил:

— Итак: ты, если я правильно понял, с помощью своей методики и своего чудо-прибора погружаешь пациента после сна в особое состояние, прокручиваешь калейдоскопы сновидений и расшифровываешь сигналы подсознания.

— Правильно в общих чертах.

— А без прибора можно поработать?

— Можно, но с меньшей эффективностью. И если случай не связан с запущенными кармическими узлами. А что?

— Есть у нас уже пара пациентов на примете. Один — академик, старичок.

— А другой?