– Это требование отца. Ему стало хуже, он почти не выходит из своих апартаментов. Он хочет благословить мою избранницу и просит ускорить отбор. К сожалению, мы вынуждены отказаться от нескольких балов.

– Сочувствую, - грустно сказала я.

Хотя внутри (хоть это и вызывало острое чувство стыда) никакого сочувствия не было. Честно сказать, император пугал меня, и от его отсутствия было только легче. А уж по балам и вовсе не скучала, на прошлом вообще соседку прикончили.

Мы незаметно дошли до башни и дежурно распрощались. Я смотрела принцу в след и немного жалела, что не согласилась сбежать сейчас. И хоть это было логичным решением, я все же чувствовала, что придется непросто. Надо как-то пережить два испытания и сбежать, использовав сережки, которые я спрятала за плинтусом в комнате.

Я вернулась в спальню, чтобы снова полюбоваться на вольготно развалившихся на кровати Балларда и Эську. Будить их не было никаких сил, а желания кусать чужой хвост – никакого желания. Поэтому я пододвинула билементаля и свернулась клубочком сбоку, мгновенно начав проваливаться в тягучую дремоту. Уже в полусне почувствовала, как по талии скользнул вездесущий хвост.

Глава восьмая

– Творожок ничего, - услышала я сквозь сон чей-то голос.

Ему ответил второй:

– И булочка вкуфная.

– Попробуй омлет, немного остыл, но очень нежный.

Я сделала неубедительную попытку не обращать на голоса внимание и снова провалиться в сон. Но уже выспалась и лежать дальше означало зарабатывать головную боль. Пришлось подняться, сползать в ванную и кое-как привести себя в порядок.

Когда вошла в гостиную, на меня уставились две пары глаз. Под глазами обнаружились две пары щек, набитые моим завтраком. А на подносе – полупустые тарелки.

– Вкусно вам?
– спросила я.

Эська стыдливо опустил голову, а вот Баллард ничуть не смутился:

– Очень! Рекомендую сырную нарезочку, довольно интересные сорта.

Я только хмыкнула – поселились они у меня, что ли?

После чая голова немного пришла в себя. Взглянула на часы – одиннадцать. Хорошо же я поспать! Испытание измотало сильнее, чем я думала, а к вечеру обещалось начаться второе.

– Тебе не стыдно?! – возмутилась я, когда Баллард использовал единственную кружку, чтобы налить себе кофе.

– Не стыдно. Тебе скоро обед принесут, а мне по делам надо. Я честно ждал, когда ты проснешься, а когда понял, что скоро обед, решил тебе помочь. Много есть вредно, от еды толстеют.

– И что это у тебя за дела?

– Не скажу. Все, удачного тебе испытания.

Он уже знал. А ведь я вечером не говорила, что близится еще один этап. У Балларда были еще шпионы?

Напоследок хвостом он стянул с подноса шоколадную конфету, причем сделал это так естественно, что я даже забыла, что хотела съесть. Мужчины как дети, и даже если они обладают колоссальной силой – все равно дети.

Но в одном Баллард не соврал – обед действительно принесли очень скоро. Пока я рассказывала Эське об итогах испытания, ужине и разговоре с Артуром, служанка принесла ароматный крем-суп, незнакомые овощи, напоминающие цветную капусту в кляре, а ещё красивую пироженку-суфле. Я с удовольствием пообедала, а после решила прогуляться. Эська остался спать, объевшись сладкого.

Я вышла в сад и, памятуя о недовольстве Дианара, когда мы приблизились к источнику, не стала бесить местных жрецов. Можно было разыскать Анну, но мне хотелось побродить в одиночестве и немного обдумать сложившуюся ситуацию. До сих пор не верилось, что я отказалась уйти в свой мир, как предлагал Артур.

И было ли тому причиной обещание, данное Балларду?

На Земле у меня осталось не так уж и много – учеба, кое-какие друзья, расписанный план на будущую жизнь. Мне удалось поступить в хороший ВУЗ, я надеялась стать специалистом. Но что специалиста ждало? Максимальная зарплата тысяч в пятьдесят, сорокачасовая рабочая неделя, двадцать восемь дней отпуска в году и в перспективе – оплачиваемый больничный, да декретные.

Магия, дворцы, принц и хвостатый бог? Только в книгах, Марина, только в фантастических книгах, что заполонили книжные магазины в последние годы.

Впервые я всерьез задумалась, что, быть может, участие в отборе не наказание и невезение, а совсем наоборот – награда и удача.

Я брела по розарию, вдыхая цветочный аромат, рассматривая причудливые цветы. Розы здесь были лишь условно розами – они имели длинные тонкие золотистые шипы, а при ближайшем взгляде лепестки оказывались покрыты сеткой из тонких сверкающих нитей.

Я наклонилась, чтобы рассмотреть один особенно крупный и красивый цветок поближе.

– Единственный во всех мирах подобный цветник, - раздался голос.
– Близость к источнику делает цветы такими необычными.