Должно быть, почувствовав моё напряжение, она встала рядом со мной.

— Рид, ты можешь поговорить со мной. Обещаю, что больше не оттолкну тебя, но могу выслушать. Не отгораживайся от меня только потому, что я сглупила в прошлом, — её извиняющийся тон было трудно не заметить. Моя злость немного отступила, и я в очередной раз громко выдохнул.

Я плюхнулся на стул рядом со столом, и усадил её к себе на колени. Я обнял Мэдди за тонкую талию, и она посмотрела мне прямо в глаза и поцеловала в щёку.

— Выговорись, Рид. Пожалуйста.

Я уткнулся ей в плече головой и выдохнул.

— У неё был сердечный приступ, перед тем как я уехал. Честно говоря, я приехал сюда прямо из больницы, — я не мог убрать стыд из своего голоса. Неважно, простил я её или нет, но я оставил маму в больничной кровати.

Мэдди положила руку мне на грудь, прямо над сердцем, и поцеловала меня в шею. Мягким тоном она сказала:

— И что ты хочешь делать дальше? Я спрашиваю только потому, что услышала неуверенность в твоём голосе, — Мэдди пыталась донести до меня, что она не давила. И как же я любил её за это.

И как только я уже был готов ответить, Мелани постучала в дверь. Мэдди разрешила ей войти, и мне понадобилось несколько секунд, чтобы заметить телефон в руках девушки.

Мэдди потянулась за ним, но Мел покачала головой, отвечая, что это не ей.

— Рид, на самом деле, это тебе звонят. Это девушка, — ошеломление появилось на моём лице, когда я потянулся за телефоном. Передав мне трубку, Мелани вышла с комнат, оставляя нас наедине.

— Да? Говорите, — я отпустил Мэдди с колен, встал со стула и снова начал мерять комнату шагами.

Но никто не отвечал мне. Единственное, что я слышал — всхлипы.

— Это Кэтти. Рид, я звоню тебе по поводу твоей мамы. Она… — её тихий голос прервался, и я услышал, как сестра пыталась вернуть в нормальное состояние своё дыхание.

— Что, Кэтти? Что произошло? Она..? — я не смог закончить вопрос. И в этот момент точно осознал, что мне надо вернуться туда, домой.

Она быстро ответила:

— Нет, нет, нет! Это не то, о чём ты подумал. Просто она плохо восстанавливается. Доктора думают, что мама проживёт не больше месяца. Они дают ей две недели, в лучшем случае. Я… я знаю, что ты уехал так быстро из-за того, что запутался, но я… я просто подумала, что ты захочешь знать, — я слышал как она высморкала нос, убрав телефон в сторону, а потом снова заговорила: — Мы сегодня забираем её домой, а потом к нам будет ходить медсестра, чтобы присматривать за ней.

Мэдди посмотрела на меня с состраданием, но ничего не сказала. Я вернул своё внимание назад, к Кэтти.

— Хорошо. Я попробую. Ничего не обещаю, но попробую, — я резко бросил трубку и посмотрел на Мэдди, которая уже сидела на краю кровати.

Она прервала меня, прежде чем я успел сказать хоть слово.

— Прежде чем ты что-либо скажешь, пожалуйста, позволь мне всё объяснить. Я не говорила с Кэтти с той самой ночи на Лонг Айленд. Честное слово, — её глаза умоляли меня поверить ей. Она встала и взяла меня за руку. — Я написала ей свой номер, чтобы она мне позвонила, если этого будет требовать ситуация.

Вспоминая свои мысли ранее о том, что я хотел оставить прошлое позади, я решил поверить в слова Мэдди. Потянувшись, я глубоко вдохнул, а потом громко выдохнул. Сейчас, когда злость ушла, я повернулся и наткнулся на извиняющиеся глаза Мэдди. Она была такой милой.

— Всё в порядке. Я не злюсь на тебя, — я передал ей все то, что Кэтти только что рассказала мне про маму. И снова она не давила меня и не говорила, как поступить; а просто дала выговориться, и сама просто слушала.

Но эмоции просто взяли надо мной верх, из-за них я чувствовал себя истощённым.

— Мы можем сегодня больше не говорить об этом? Я просто хочу насладиться нашим временем вместе, — сказав это, она тепло улыбнулась мне и крепко поцеловала.

Меня до сих пор удивляло то, как Мэдди поменялась всего за одну неделю. Мы снова вместе; с ребенком всё в порядке; я, наконец-то, не буду один на Рождество. Кажется, что все пришло в полный порядок, ну не считая мою маму.

Я думал, что Мэдди почувствовала, что я хочу отвлечься от этой темы, поэтому предложила посмотреть фильм, лёжа на диване и жуя попкорн.

— Давай. Вставай. Я даже разрешу тебе выбрать какой-то типичный мужской фильм, — дразнила она.

— Это было бы супер, малыш, — мы искренне улыбнулись друг другу, счастливые от того, что нам удалось оставить наше прошлое позади.

Встав на носочки, чтобы поцеловать меня, Мэдди пробормотала мне в губы:

— Я даже дам тебе снова шлёпнуть меня по попе.

Она медленно начала отходить от меня, при этом кокетливо смотря, чтобы удостовериться, что я пойду за ней. Я дал девушке сделать ещё несколько шагов, прежде чем схватил. Я игриво ударил её по попе, а потом обнял за талию. Наклоняясь к ней, чтобы поцеловать Мэдди, я сказал.