Игнат понял, что бессознательно втянул голову в плечи, весь сжался перед этой девушкой, уступающей ему в росте. Ее макушка заканчивалась в районе подмышек Игната.

— Ну я, это….
– даже попытался выдавить Игнаша, но вновь был прерван грозным:

— Закрыть рот, пока ветер попутный в харю не подул! — скомандовала Гера.

— Герочка, — ласково вступилась Лика.

— А тебе слова не давали! Вот так нужно реагировать, а не выть в подушку! — перебила Гера и вновь вернулась к жертве в лице Игната, — Тебе дали шанс. Видит Бог, не представляю, за какие заслуги, учитывая весь твой послужной список.

Девушка принялась вышагивать по паркету в такт своим словам, заложив руки за спину. У Игната появилось стойкое чувство, что он находится на допросе. Он даже вытянулся по стойке смирно, опять же неосознанно, а когда понял, что делает, усмехнулся.

— Я что-то смешное сейчас сказала? — прищурилась хрупкая дама, застыв перед Игнатом.

— Никак нет! — четко ответил парень.

— И если ты решил, что за девочку некому заступиться, то крупно ошибся, — так же грозно говорила Гера, вновь принявшись вышагивать, словно маятник, вперед и назад, — И не таких ломали.

— Охотно верю, — серьезно произнес Игнат, соображая, что вообще все это значит.

— Будем считать, что ты все понял, раскаялся и осознал, — предложила Гертруда Адольфовна.

— Так точно! — ответил Игнаша.

Гера остановилась напротив Игната. Парень краем глаза видел, как ее рука вновь резко и стремительно взметнулась вверх, и он уже был готов к очередной пощечине, но рука замерла в непосредственной близости от щеки. Почти ласковое похлопывание ввело Игнашу в ступор.

— Хороший мальчик, понятливый, — мягко похвалила Гера. Ее рука соскользнула с щеки и указательный палец постучал по левой груди, там, где у Игната была татуировка, — Пока здесь у тебя хаос, отношения строить нельзя, — уже назидательно, поучая, добавила дама, — Надеюсь, это ясно?

— Так точно, — повторил Игнат, а мысленно добавил: 'Майн Фюррер!'.

— Можно просто Гера, — деловым тоном проговорила девушка, протягивая руку для рукопожатия.

— Очень приятно, — признался Игнат и скосил взгляд на лицо девушки, — Я свободен? Или мордобой еще не закончился?

— Закончился, — кивнула Гера, — А вот вопрос с твоей свободой открыт.

Игнаша согласно кивнул и повернул голову к Лике. Капучинка взирала на все происходящее с каким-то чувством обреченности во взгляде.

— Отвела душеньку, мегерочка моя? — полюбопытствовал Тоша.

— Не то, чтобы очень, — вздохнула Гера, разминая поясницу, — Но для первого раза сойдет.

Игнат хотел сострить, поинтересоваться, не желает ли дама поработать на Черта. С ее талантами Гера оказалась бы бесценным кадром. Но решил не усугублять. Мало ли какие мысли появятся у девушки по имени Гертруда Адольфовна.

Тем временем Тоша, легко приподняв Геру, усадил ее на свое место, а сам встал рядом. А девушка, порывшись в своем рюкзачке, вынула оттуда пластиковый контейнер для еды. Как оказалось, Гера принесла домашнюю творожную запеканку. И надо признаться, такой вкусной Игнат еще не ел.

После воспитательной беседы в стиле Геры, беседа полилась непринужденно и даже весело. Как выяснилось, Гера и Тоша женаты уже несколько лет, и еще дольше танцевали в паре. Но молодые люди решили завести ребенка и Гера ушла из спорта. Антон тоже хотел бросить, поскольку не представлял рядом с собой другую партнершу. Разве что Лика бы подошла, поскольку они общались уже много лет и занимались у одного тренера. Но во-первых девушка и сама решила 'завязать', а во-вторых, был Ян. Потом все завертелось, поменялось. Ян отпал сам собой. И у Лики открылось второе дыхание и появилось желание продолжить карьеру.

— А чего мы собственно сидим? — вдруг поинтересовалась девушка, — Работать, шагом марш!

Лика с Тошей переглянулись и, отставив стаканчики, торопливо двинулись на паркет, Тоша включил музыку, а Лика поправила туфли. Молодые люди вновь приступили к тренировке. Игнат следил взглядом за тем, как плавно двигается девушка.

— Игнат Захарович? — услышал парень тихий голос.

— Слушаю, Гертруда Адольфовна, — так же тихо ответил Игнат.

— Шоколадное сердечко очень хрупкое и очень горячее, — Игнат посмотрел девушке в глаза и увидел в них беспокойство, — может легко разбиться, и легко обжечь.

— Я понял, — тихо ответил парень, вновь переводя взгляд на танцующую пару.

Лике просыпаться совсем не хотелось, но что-то настойчиво не давало ей спать, щекоча нос. Перевернувшись на бок, девушка спрятала лицо под одеяло, укрывшись по самую макушку. Но и тогда щекотание не прекратилось, а лишь перекочевало к пяткам. Пришлось и ноги спрятать под одеяло.

— Капучинка, подъем! — ласково пропел голос на самое ухо.

— Отвали, — проворчала Лика и накрыла голову подушкой.