— Игнаш, только не говори, что это настоящие мексиканцы, — выдохнула Лика.

— А почему нет? — рассмеялся Игнат, — У меня необычная девушка, должен же я соответствовать.

Лика звонко рассмеялась, и обняла парня за талию, пробравшись руками под пиджак. В ответ он прижал ее к себе, устроил подбородок на ее макушке, обнял руками и начал медленно раскачиваться в такт мелодии. Лике не хотелось никуда идти, хотелось остаться здесь, на этом теплоходе, рядом с этим мужчиной.

— К тебе, за вещами, — предложил Игнат, когда Лика подняла голову к нему.

— Мне нужно еще немного времени, — тихо попросила Лика, Игнат нахмурился, — Самую капельку.

— И почему я не могу тебе отказать? — вздохнул Демоняка, — Неделя. Через неделю я буду распаковывать твои вещи в своей квартире. Даже без тебя.

— Игнаш, я… — несмело начала Капучинка.

— Это абсолютно не значит, что мы сразу будем спать, — прервал девушку Игнат, — Нет, спать мы будем в одной постели, которую купили вдвоем, но все остальное только по твоему согласию. Я буду ждать, сколько тебе нужно.

— И год подождешь? — с улыбкой спросила Лика, хитро сверкая глазами.

— Если нужно, — кивнул Игнат, — Скорее всего, попрошу у Геры тот самый самоучитель. Она обещала презентовать, чтобы я научился держать себя в руках.

Лика рассмеялась еще громче, а Игнат с улыбкой смотрел на девушку сверху вниз. Красавица она у него. И умница.

Прижав девчонку к груди, Игнат втянул воздух, вдыхая аромат, присущий только его Капучинке.

— Ты моешься какой-то своей африканской фигней, — пробормотал парень, — Сводит с ума твой запах. Не уверен, что протяну год.

— Это гель для душа из ближайшего супер-маркета, — хохотнула девушка, — Я тоже год не протяну.

Игнат прижался губами к тонкой шее, оставив легкий поцелуй за ушком. Притянул девчонку ближе, чтобы она почувствовала, как сильно он возбужден, но и в то же время, что готов ждать.

Лика вздрогнула. И крепче прижалась.

— Замерзла? — хрипло шепнул парень.

— Немножко, — призналась Капучинка.

Игнат, не долго думая, снял пиджак, набросил его на плечи девушки, а потом только вспомнил, что после встречи с Хромым он так и не переоделся.

— Игнаша! — охнула Лика, — Это что? Ты ранен?

— Пустяки, Капучинка, — отмахнулся Игнат.

Но Лика не слушала его, махнула рукой официанту. Потребовала принести аптечку и на английском языве велела музыкантам тихо свалить туда, где они просидели весь ужин.

Официант принес аптечку. Лика усадила Игната на стул, проделав дырку в рукаве, разорвала белоснежную ткань, покрытую кровавыми пятнами.

— Откуда такое счастье? — строго спросила девушка, внимательно изучая запекшуюся кровь.

— Тебе не интересно, — с нажимом произнес Игнат, скривившись, когда Лика принялась обрабатывать царапину перекисью.

— Огнестрел, — прокомментировала Лика вполголоса, — Мне позвонить Дану и узнать подробности? Или сам расскажешь?

— Дану лучше не надо, — вздохнул Игнат, понимая, что эта настырная девчонка не отстанет, пока не услышит пояснения, — Он меня собой прикрыл. Лежит в больнице. Опасности нет.

— Маша знает? — допытывалась Лика, накладывая повязку.

— Знает, она с ним, — ответил Игнат, свободной рукой он провел по щеке девушки.

— Это из-за Аркаши? — спросила Лика, глядя в глаза парню.

— Капучинка, — вздохнул Игнат и, преодолев сопротивление, пересадил девушку к себе на колени, — Я не хочу тебя впутывать во все эти дела. Хочу, чтобы ты была в безопасности. Ты ведь прекрасно знаешь некоторые тонкости семейного бизнеса. Да, с каждым годом легче, но всегда найдется какой-нибудь подонок, желающий наехать на семью. И этот подонок будет искать самые уязвимые места.

— Детей и женщин, — закончила мысли Лика за парня.

— А ты моя женщина, — продолжил говорить Игнат, — Моя. Я, конечно, сволочь, нужно бы оставить тебя в покое. А лучше, отправить заграницу. Школу там открыть танцевальную, ты бы жила себе и горе не знала. Но я настолько эгоист, что даже и мысли не допустил подобной. Это плохо, да?

Лика улыбнулась, осторожно обняла ладошками лицо парня. Погладила скулы пальцами, виски, щеки, коснулась указательным пальцев уголка рта.

— Я бы все равно не уехала, осталась бы с тобой, — призналась Лика.