— С Новым Годом! — в унисон прошептали они, даря ласковые поцелуи и не разжимая объятий.

— Люблю тебя, — все также, не сговариваясь, глядя в глаза друг другу.

Новый год настал, дыхание, все еще немного рваное, медленно восстанавливалось. Но сил у Дана перекатиться на бок не было. А Машка и не противилась. Обхватив любимого за шею руками, а ногами за бедра, она лежала, прислушиваясь к своим ощущениям. Ей до безумия нравилось то, как она лежит, придавленная его сильным телом. Вроде бы должно быть неприятно, или больно, или неудобно и некомфортно после первой близости, но нет. Машке было хорошо, волшебно и сказочно. О чем девушка и сообщила, прижимаясь губами к уху, сцеловывая капельки пота с виска.

— Мне хорошо, Дань, — шепнула Маша, — Я так до следующего года хочу пролежать.

— А как же оливье и шампанское? — улыбнулся Богдан.

— Плевать, — фыркнула девушка, и с любопытством поинтересовалась, — А какого это без презерватива?

— Не знаю, Масенька, — признался Дан, — Не пробовал.

— Хочу попробовать, — заявила Машка.

— Все что захочешь, моя непредсказуемая принцесса, — рассмеялся Данька.

Они вымылись в душе, Машка хотела большего, нагло провоцируя его в тесной кабинке. Но Даня был непреклонен, мотивируя тем, что несмотря на отсутствие боли и крови, ей все-таки непривычно.

— Терпи, Машка, — дал парень установку и закутал ее в полотенце. Подхватил на руки и отнес в гостиную. Выдал свою чистую майку, хотя Машка упорно требовала уже ношенную.

— Хочу твой запах на мне, — жарко зашептала дерзкая девчонка.

— Проказница, — мягко пожурил парень и отвесил ласковый шлепок.

— Нарываешься, Летягин, — хмыкнула Мария, вытирая мокрые волосы полотенцем.

А потом они улеглись на диване и замерли, глядя друг на друга, чувствуя, как в эту волшебную новогоднюю ночь происходит чудо. Машка уснула, доверчиво свернувшись урчащим котенком в его руках. Дан лежал, осторожно поглаживая рукой волосы девчонки, пропуская их сквозь пальцы. Машка пошевелилась во сне. И Дан с улыбкой наблюдал, как она, повернувшись к нему спиной, легла удобнее, прижимаясь бедрами к его боку. Поворочалась и затихла. Майка чуть съехала, открывая плечо и лопатку девчонки. Дан не мог отказать себе в удовольствии и потянул ворот чуть дальше, пока не показались витиеватые буквы, россыпью раскинувшиеся по нежной коже. Он с наслаждением обвел кончиком указательного пальца контур букв своего имени и понял, что абсолютно, по-идиотски, бесповоротно счастлив.

— Дурочка моя, — шепнул Дан, понимая, что нанести татуировку весьма болезненно, — Масенька моя.

Оставив нежный поцелуй на татуировке, Дан подгреб девчонку ближе к себе, прикрыл глаза и, улыбаясь, уснул.

===========

С новогодней ночи Машка приезжала каждые выходные и оставалась на ночь. Или Дан сам ее забирал. Они редко куда-то ходили. Как оказалась, несмотря на шумные тусовки и всех мажоров-друзей, Машка любила тишину. Любила читать под одеялом, лежа с Даном в обнимку, пока он смотрел футбол или бокс, смотреть старые романтичные фильмы вечерами, и готовить. Машка очень любила готовить, и совсем скоро Дан понял, что не может есть в общественных местах. Машка заботливо заготавливала ему еду на всю неделю, раскладывала по контейнерам и убирала в морозилку. Иногда Дан обедал или ужинал в кругу семьи Чертинских. В присутствии родителей он не подходил к Машке, не прикасался к ней, даже лишний раз не смотрел в ее сторону. Такое было условие у его Масеньки. Дану до смерти осточертело шифроваться. Но Машка была непреклонна, до скандала. Сначала Дан считал, что она стыдится его. Она дочка влиятельного человека и сестра его непосредственного шефа. А он всего-лишь охранник. Да, за несколько лет службы он завоевал доверие и репутацию. И уже был скорее помощником и замом во многих делах, но сути это не меняло. А потом как-то ночью Машка призналась, что волнуется за него. Переживает, что отец убьет парня или покалечит и запретит им встречаться. И тогда Даня все решил про себя.

Утром он поехал непосредственно к Захару Максимовичу. Юлить долго он не стал. Рассказал все, как есть. А самое главное — рассказал, как сильно любит Машку и хочет женится, потому что она — особенная, она его.

В ответ Черт молчал, только смотрел на парня тяжелым взглядом исподлобья. А потом устроил ему форменный мордобой. Даня только лицо руками прикрывал и не давал отпора, понимая, что это слишком малая цена за Машку. Он готов был заплатить любую, какую потребует ее отец. А после мордобоя они выпили.

— Если удержишь, дерзай, — наконец, изрек Черт, отпивая коньяк из пузатого стакана.

Дан знал, о чем говорит Черт. Машка была той еще фурией. Она изводила его на людях, испытывала его выдержку, заставляла ревновать. Избегала его, если он оказывался в одном с ней клубе. Игнорировала, если он оставался у них дома на ужин.

Даня бесился, но не подавал вида. Пока не лопнуло терпение. Он купил кольца и выловил ее, когда она гуляла по бутикам торгового центра с Ликой. Закинув девчонку на плечо, Богдан уволок ее в свою пещеру. Долго признавался в любви, долго любил ее, заставлял кричать ответные признания, а потом сообщил о скорой свадьбе. Но наткнулся на равнодушный отказ.

— Я не пойду за тебя, — фыркнула девушка, рассматривая кольцо в бархатной коробочке, — А кольцо красивое.

Машка постоянно его динамила. Но Даня терпел. Их отношения перестали быть тайной. И парень надеялся, что рано или поздно девушка сдастся. И приложил к этому немало усилий.

Начало завоевания крепости под названием 'Машкина свобода' случилось в очередную ночевку девушки в квартире Дана. Его холостяцкая берлога уже не была похожа на холостяцкую. Больше напоминала семейное гнездышко. Машка умудрилась обжить все комнаты, даже гостевую спальню, украсив ее яркими мелочами.

Именно в гостевой спальни Дан и совратил девчонку. Вернее, прижал ее к стене, перетащил в кровать, не такую большую, но не менее удобную. И принялся ее любить медленно, страстно и заставляя позабыть обо всем на свете. Включая использование презерватива. В этой комнате Дан их не хранил. Бежать за заветными контрацептивами парень не собирался, как и прерывать акт. А еще он точно знал, что у нее самые что ни на есть опасные дни. Только вчера вечером она об этом сказала. В итоге Даня кайфанул так, что Машке и не снилось. Она всегда особенно остро реагировала на отсутствие кусочка латекса между их телами. А сегодня все выходило как-то по-особому нежно. Коварный Даня счастливо ухмылялся, поглаживая спину уснувшей Масеньки, представляя, как совсем скоро она согласиться стать его женой.