— Игнаша, ну лифт же! — возмутилась Лика, отступая на шаг назад и упираясь спиной в стену кабинки.

— И что? — хмыкнул Демоняка, — Когда я был у мамы в животике, предки шалили в подобных местах. Считай, передалось по генам.

— Чертинский, даже и не думай, что я соглашусь среди бела дня… — Лика подняла руки, упираясь в грудь теперь уже мужу.

— Чертинская, именно об этом я и подумал, — озорная плотоядная улыбка заиграла на лице Игната, — Как же круто звучит. Ты — Чертинская. Да?

— Господи, что я маме скажу? — вздохнула Лика, — Накрылась ее мечта, выдать меня замуж за африканского принца.

— Чего?! — прорычал Игнаша, — Пусть только сунется. Я этому африканскому принцу корону засуну в ж…

— Ну, теперь то уж точно не сунется, — не дала Лика договорить парню, — Но с мамой моей сам будешь разговаривать.

— Да запросто, — хмыкнул Игнаша и руками прижал девчонку к себе, не позволяя двигаться.

— А у тебя было в лифтах? — прищурилась Лика, закидывая на его плечи свои руки.

— Неа, — выдохнул Игнат, скользя ртом по карамельной шейке, — Но будет. Здесь. Сейчас.

Игнат стащил футболку Лики через голову, а она заскользила по пуговицам на рубашке. Галстук закинула на его плечо, и вытянула ткань из брюк. Маленькие пуговицы были расстегнуты до середины рубашки, открывая живот и грудь. Пряжка ремня, брякнув упала вниз, вместе с расстегнутыми брюками. Пиджак улетел куда-то в сторону. Но молодым людям было плевать. Игнаша расстегнул облегающие брючки и скользнул к трусикам рукой. Легонько пробежав по заветному треугольнику волос, скользнул под тонкую ткань белья. Капучинка прогнулась, облегчая доступ к своему телу и с силой прикусила губу любимого. В ответ раздался глухой стон и гортанный смех.

— Чертинская, не наглей, — ласково пробормотал парень и рывком стянул брючки с ее ног. Заставил стройные ножки, от вида которых он жутко кайфовал, обхватить себя за талию.

— Игнаш, блин, я таблетку не выпила! — спохватилась Лика и замерла в его руках, — У тебя есть с собой?

— Таблетки? — не понял Игнат, не переставая ласкать любимую. О чем она вообще? Его мозг абсолютно отключился, настроился только на восприятия ее тела, ласк, их близости.

— Нет, презервативы есть? — выдохнула Лика судорожно, поскольку коварный Демон уже прижался ртом к ее груди, лаская ее сквозь кружево лифчика.

— Неа, не подумал, ты сама сказала, что на таблетках, — рвано дышал Демон, — Я их все выкинул.

— Ну и дурак, — психанула Лика, но потом вновь начала плавиться в его руках.

Игнаша уже вовсю хозяйничал в ее трусиках. Срывая стоны с ее губ и ловя их своим ртом. Парень наслаждался ее жаром, скользя пальцами и лаская сокровенные места любимой теперь уже жены.

— Боже, шоколадка моя, — шептал Игнаша, — насрать на резинки, давай так.

Лика закусила губу. Рискнуть? Нет, детей она любит и в перспективе хочет, но на носу турнир. Да и с Игнатом они еще не говорили на тему деторождения.

— Все, давай так, — решил Игнаша, и стащил свое белье. Но Лика не позволила ему двинуться, сжав бедрами. Не пустила.

— Маленькая моя, родная, — Игнат жадно рвано целовал ее лицо, — Пусти. Я сейчас сдохну от спермотоксикоза.

— Машка! — вдруг вспомнила Лика.

— Бл… Капучинка, — выдохнул Игнат, отводя ее руки и фиксируя своей ладонью над ее головой Вторая ладонь скользнула под упругую попку, сжимая и поглаживая, — При чем тут Машка?

— Давай мой рюкзак! Она мне впихнула пачку, типа, благословила, — торопливо говорила Лика, — Мы поржали, а я так и не выбросила ее.

Игнат молча дотянулся до рюкзака, подал его девушке. И пока она ковырялась в его недрах, вернулся к прерванному занятию. Руки вновь принялись ласкать грудь, бедра, попку, а язык порхал по покатому плечу, губы прижимались к нежней коже на шее, смыкались на мочке ушка.

— Все, все, нашла! — сбивчиво зашептала Лика.

— Давай сюда, — буркнул Демон и отобрал упаковку. Ловко извлек пакетик, а спустя мгновение судорожно выдохнул, — Я обожаю тебя. Люблю. Ты ведь знаешь…

Лика стонала в ответ, чувствуя, как парень резко погружается в ее тело. Она, не контролируя себя, царапала его спину короткими ногтями, прикусывала кожу на шее, сжимая пальцы в его волосах, забывая обо всем. О месте, времени. Все вокруг потеряло всякое значение.

— Знаешь? — не унимался Демоняка, все быстрее уводя их за грань реальности.

— Дааа….
– выдохнула Лика, потеряв всякий контроль.

Этот самый контроль потерял и Игнат, когда почувствовал, как она дрожит в его руках, прогибается, и затихает. Игнаша шумно выдохнул, понимая, что не мешало бы присесть. А лучше — прилечь. Нет, прав все же Мелкий, это точно не секс. Далеко не секс. Это, мать его рыжую, любовь.

И тут, по всем законом жанра, двери лифта противно сделали 'дзынь' и разъехались.