– Заваривать все равно нечего!- умерила восторг мужчины Лика.

– Ничего, Клим обещал подрулить попозже, он мужик ушлый, сообразит наверняка чего-нибудь.

– Что, на Цейлон сгоняет?- с сарказмом отозвалась кареглазая брюнетка.

– Зачем?- пробасил Олег, уже взявшись за ручки самовара.-Травяные тоже неплохи. Сырой лист, конечно, не то для заварки, что подсушенный, но на безрыбье...

– Сейчас бы матэ,- размечталась Лика.

– Угу, и апельсиновый фрэш!- язвительно продолжил за нее командор.

– Здесь вот можно редиску посадить!- донеслось со стороны огорода.- И картошку с горохом!

Олеся, и когда только успела выскользнуть из дома! Я тоже вышел на воздух, окинул взглядом участок. Представил на месте ровной лужайки, едва начавшей зарастать сорняками, ухоженный сад. Ну ладно, не сад. Огород с яблоньками. И с вишнями. Вишни должны обязательно быть. В мае они цветут, наполняя пространство неземным благолепием! Неземным... оно да. Похоже, в самую точку будет. Ладно, не время хандрить, вспоминая весенние парки, широкие проспекты и фантастические станции московского метро! Надо же, вот их я как раз в деталях помню. Комсомольская, Киевская, Новослободская... Настоящий памятник мечтам ушедшего поколения, дерзавшим построить новое, не знающего темного наследия, будущее. Увы, но плечи грядущего должны опираться на стопы минувшего, а не висеть облаком в небе.

– Артем!- я вздрогнул от внезапного окрика. За оградой стоял улыбающийся Клим. Убедившись, что привлек мое внимание, он поднял высоко над головой термос. Точно такой же, как у нас, серебристый цилиндр.

Я приподнял большой палец, и энергично махнул рукой, приглашая гостя войти.

– Ромка вскорости подтянется. На вечеринки нюх у него,- пояснил рыжебородый.- Из промысловиков сегодня в деревне более никого. Ну, а Игнатьич со своими, в храме.

– Мы пока ревизию наводим,- пояснил Олег,- да вот самовар затеяли.

– Молодцы,- похвалил Клим.- Рановато вы его раскочегарили-то, но ничего, не на газу ведь, греться долго будет. Насчет ревизии, тут все стандартно, как в служебной гостинице. Лавки, кровати, шкаф с простынями-скатертями, буфет с кухонной утварью, печка с лежанкой,- дома. Дровишки, удобства, сельхозинвентарь- на улице. Печка, к слову, знатная, хоть и редко здесь кто ее топит. В дождливые слякотные дни только, чтоб обсушиться, да промозглость прогнать.

– А нет ли чего на заварку похожего?- Лика уверенно встала рядом с мужчинами.

– Есть!- обрадовал лаконичным ответом кладоискатель.- С собой не догадался захватить. Но я мигом обернусь!

Он сбросил заплечную суму, вручил термос мне, шутливо пригрозив пальцем, а сам умчался за обещанным. Вернулся где-то через четверть часа, с берестяной самодельной кубышкой. Открыл крышку и принялся извлекать одну за другой сосновые шишки.

– Мы что, хвойный взвар пить собираемся? Цинга ж нас вроде пока не косит!- с подозрением посматривая на Клима, поинтересовалась Лика.

– Для растопу пойдет,- оглаживая бороду пояснил кладоискатель,- чтоб дух сосновый пошел. А заваривать вот,- он слегка наклонил емкость, демонстрируя нам буровато-фиолетовые высохшие соцветия.- Иван-чай. Испокон веку на Руси его пивали.

– Ну-ну,- протянула Лика и развернулась на пятках. Эх, ей бы каблуки да паркет, вечернее платье, вышло бы эффектно. А так гламурный разворот в чунях получился скорее комичным.

– Олесь, принеси, пожалуйста, чашки!- Олег абсолютно верно расшифровал взгляд Клима. Через минуту почти благородный напиток цвета темного янтаря наполнил простецкие керамические кружки.

– Поднимем бокалы, содвинем их разом,- начал было цитировать классика я. Но тут со стороны улицы послышалось:

– Погодите!

Запыхавшийся Роман подоспел как раз вовремя. Пока он передавал связку кусочков подвяленного мяса, насаженных на гибкий прут, Олесе, я свинтил крышку и со второго термоса, и теперь каждый получил по чашке.

– За хорошую встречу и долгую дружбу!- без затей произнес тост Клим.

Пиво оказалось приятным на вкус, хотя и с ощутимой горчинкой. Присели на траву, не опасаясь простудиться, вольготно. Чего уж там, действительно, коли спали на голой земле, и ничегошеньки нам не сделалось!

Землекоп пододвинул к себе мешок, запустил туда широкую пятерню, чтобы потом, с хитрым прищуром Деда Мороза, раздать нам по высушенной чуть ли не до деревянной твердости, рыбине.

– Таранька!

– Воблочка вяленая!

– Карасик!

Сюрприз пришелся по сердце всем, даже Олеся, едва пригубившая пенистую жидкость, к рыбине приникла едва ли не с жадностью.

– Спасибо, дружище!- ткнул кулаком в плечо кладоискателя Олег.- Вот угадал, так угадал!

– На здоровье,- с чувством собственного достоинства отозвался бородач. Он достал из сумки еще и бурдюк грушевидной формы.

Девушки от продолжения банкета деликатно отказались, понесли рыбу в ледник, спасибо Климу за совет, а чаши мужчин вновь наполнила пенистая влага.