"Уйди!" - попыталась крикнуть, но лишь из груди вырвался всхлип. Я бежала вперед и веред, сама не зная, куда. По старой железной дороге. И, как бы ни старалась ускорять темп, мои движения, как назло, были слишком медленными.

"Не успеешь".

Вокруг был туман. Белый. Все, что видела, это были только лишь рельсы, по которым я отчаянно неслась вперед. Дорога, дорога, дорога. Где деревья? Где небо? Где все? Почему я бегу по дороге?

"Не успеешь".

Вздохи превратились во всхлипы, а в глазах защипало. Я чувствовала, как уши начинает закладывать от шума. Что-то было позади меня. Ощущала приближение того, от чего бегу, но упорно не желала оглядываться назад. Мое дыхание прервалось на резкой остановке. Дорога прерывалось огромной ямой, которая неожиданно появилась на пути. Нет!

"Не успела".

Крик комом застрял где-то в горле. Я резко распахнула глаза, после чего обрывисто выдохнула. Зажмурилась, чувствуя, как по вискам скатываются слезы, теряясь где-то в волосах.

Ненавижу этот непонятный сон, ставший очень частым моим ночным явлением. Ночным кошмаром. И просыпаюсь на одном и том же моменте - когда падаю в эту яму. Вздохнула. Открыв глаза, уставилась в хорошо знакомый мне потолок. Ровный, белый, и лишь одна трещинка виднелась в углу. Солнечный свет пробивался сквозь шторы и освещал лишь небольшую часть комнаты. Было тихо. Очень. Вздохнув еще раз, закрыла глаза. Даже не смотря на будильник, я знала, что до его звонка оставалось минут пять-семь. Казалось, мой внутренний таймер жестко настроен будить меня каждый раз раньше на полчаса до положенного времени. Но все же, я часто, наперекор ему, проводила это время с закрытыми глазами, как и сейчас.

– Ммм...
– рядом со мной с тихим стоном поворочалась Женька. Женька. Точно. Я поморщилась, вспоминая все события вчерашнего дня. Как глупо было надеяться, что все это окажется сном. А может... Все-таки?

Плюнув на свою затею проваляться в ожидании подъема, решительно встала с кровати и поплелась в ванную.

– Дерьмо, - не сдержалась, посмотрев в зеркало. Ничего не исчезло, и сейчас на меня глядела зеленоглазая брюнетка. Только, в отличие от вчерашнего дня, она не имела схожести с представительницей неформальной молодежи. Тонны тонального крема были смыты еще вчера, как и остальная косметика. Правда, очевидно, я не так хорошо смыла тушь с ресниц, так как виднелись темные подтеки, приобретенные за ночь. Хотя, если протереть ватной палочкой под глазами, то будет легкое подобие смоки-айса.
– Так, - взяв палочку, воплотила в действие свои мысли, после чего снова вперилась взглядом в свое отражение. Повертела головой в разные стороны. Неплохо.

– Блин, - с тихим рыком опустила голову вниз, прислонившись к зеркалу. Кого я обманываю? Это полный идиотизм. А все благодаря Женькиной затее отметить первое сентября. И потом же ее гению за то, что подтолкнула нас сыграть в "картишки на желание". Еще тогда я заподозрила что-то неладное, глядя на ее ухмылочку, но все же решилась. Сыграла. И проиграла. И тут загаданная улыбочка превратилась в злорадный пьяный и идиотский гогот.

– Ура!
– вопила Силантьева, посвящая себе бурные аплодисменты. Свой тайный умысел она готовила месяц, как потом раскрылась мне подруга. А тут и так удачно попалось мое поступление в новый университет, где меня толком еще никто и не знал, что играло ей на руку.
– Вот повеселимся, - проговаривала Евгения, злорадно потирая ладошки. Честно, почувствовала себя героиней детской сказки, где я принцесса, заколдованная злой ведьмой Евгенией. Хмыкнула.

– Бугагашеньки, - противно хихикала шатенка, колдуя над моим внешним видом, а рядом стояла Вася, улыбка которой пропадала по мере расширения ее голубых глаз. Повезло девчонке, она отделалась лишь двухнедельным молчанием, когда тоже проиграла.

– Уж лучше бы я разыгрывала из себя немую, нежели неформалку, - фыркнула я.

– Зато представь, как это будет весело, - Женя улыбнулась.

– Меня угробят еще раньше, чем я дойду до дома, - заключила мрачно.
– Женя, ты хоть представляешь, как большинство людей относятся к таким субкультурам?

– Не боись, я с тобой!
– мне кажется, что Женька точно уверена, что поддержала меня этой фразой. Но, увы, лучше мне от этого не стало. И на все мои мольбы, требования, аргументы и предположения на тему "а что, если..." она упорно отвергала. Ну и хрен с ней. Жалко было одно.

Подняв руку, в привычном жесте провела по волосам. Таким чужим. Я очень любила свой цвет волос. Светло каштановый, на солнце он приобретал рыжий оттенок, благодаря которому папа любил называть меня "Рыжёнок". За что еще любила свои гены, так это за то, что они не наградили меня всеминенавистными веснушками, которые всегда прилагались в комплекте с рыжим цветом волос. Вот, допустим, папа мой, Сергей, хоть и был блондином с тем же рыжеватым оттенком, но веснушки у него имелись. Забавные, кстати. Они пришли к нему еще от его матери. Та была сущая рыжая бестия, судя по редким цветным фотографиям, что хранились в фотоальбоме.

Оторвавшись от размышлений, я краем уха уловила тихий мелодичный звук, который становился все громче. Затем тихий стон. И только зеркало видело мою горестную гримасу, появившуюся после того, как я осознала, что это была за музыка. Играл будильник. А это означало, что пора вставать.

Ну, вот и все. С сегодняшнего дня начался мой персональный Ад.

Глава вторая

– Ну, а после того, как первые курсы уже все... Ох, Боже мой!
– оторопело воскликнула женщина, прервав свой монолог.