– И коня могу, - была уверена, что в этот момент Женька закивала.
– Блин, - сокрушалась она.
– В глазах все прыгает, в голове бардак. Выручай, Мишуля.

– Век со мной не расплатишься, - снова усмехнулась.

– Жду, - и отключилась. Все так же держа сотовый в руках, облокотилась на спинку лавочки, на которой сидела, глядя сквозь ветки деревьев в голубое небо, на котором словно плывущие пятнышки появлялись сероватые облака. Глубоко глотнув в себя воздух, расслабленно прикрыла глаза. Мне нравился витающий последождевой запах, пахло мокрым асфальтом, древесиной и еще чем-то тягучим и приятным. В детстве я готова часами была гулять под дождем, и хоть с возрастом многие привычки и поменялись, но до сих пор радуюсь дождю как маленькая, готовая в любой момент выскочить на улицу под изнуряющий ливень. В груди поселилось какое-то умиротворение и хотелось так сидеть очень долго. Даже не смотря на то, что Женька страдает в зыбучем похмелье в ожидании моей персоны, собираться и бежать к ней я не спешила. Намеренно оттягивая время, сидела в университетском парке, наслаждаясь погодой, в целях немного отомстить подруге. Домой идти вовсе не хотелось. Подставляя лицо теплому ветерку, и не обращая внимания на внешний шум, совсем не заметила какое-то шебаршащее движение возле. А когда на мои колени легко что-то тяжелое, немного опешила. Резко распахнув глаза, посмотрела вниз.

– Здравствуй злыденька, что сидим в гордом одиночестве?
– встретили взглядом меня насмешливые карие глаза. Вопрос Данила так и остался без ответа, потому как язвительные слова, которые хотели сорваться с моего языка так и погрязли в немом молчании. Пока я отстраненная от мира сего восторгалась погодой, Данил умудрился нагло примостить свою голову на моих ногах, но не это заставило меня замолчать. Мое внимание привлек небольшой фиолетовый синяк, что красовался на гладко выбритой скуле парня.

– Это...
– начала, но замолчала. Ведь знала же, откуда фингал.

– Это...
– темные брови парня взметнулись в вопросительном выражении.
– Ну, продолжай, - кажется, он не понял, на чем заострилось мое внимание.

– А тебе идет, - выдохнула я, не зная, что сказать.

– А-а, ты про это, - протянул он, теперь уже осознав, о чем идет речь.
– Упал.

Первое, что хотелось - рассмеяться.

– Упал?
– недоверчиво переспросила.

– Упал, - с серьезным выражением кивнул, как будто сам в это веря. А я пораженно уставилась на брюнета. Неужели не помнит? Или просто не хочет говорить.

– И на чью же руку ты упал?
– осторожно поинтересовалась я. В памяти внезапно вспыхнул наш поцелуй и, впервые за долгое время, я почувствовала, как на моих щеках появляется румянец. Слава Богу, что закрывал его толстый слой макияжа.

– Просто упал. Без рук. Ударился, - вздохнул Данил.
– Эх, Мишка, знала бы ты, как сейчас мне плохо.

Кажется, подозреваю насколько.

– Плохо?
– мой голос изучал обманную веселость.

– Не то слово, я время так наж... Напился, - исправился.

– Что, прям в полный драбадан?
– хмыкнула.

– Да, именно в него, - шумно выдохнул.
– Вчера весь вечер пил что-то. Вот его и помню, а что было после вечера, под ночь, как отшибло из памяти.

– Ну, что ж ты, пьешь и не знаешь что, - язвительно улыбнулась.

– Мишенька, это все душонка моя любопытная, вечная тяга к познаниям всего тайного. Вот видишь, я же чисто из желания быть информированным о том, что вливает в себя нынешняя молодежь и что нынче просто проегустировать.

– И как она, дегустация?

– Яд это, чернявая моя, яд и только, - со стоном отозвался Данил, прикрывая глаза.
– Который и пьется то в определенном порядке.

– Значит, выходные прошли плохо?
– странно, даже орать на него не хотелось из-за головы его, лежащей на моих коленях, так умилительно он строил несчастную гримасу.

– Выходные прошли отменно. Как говорится - если не помнишь, как все прошло, значит - неплохо прошло, - заявил Миронов с умным видом, отчего мне хотелось только смеяться.

– Неплохо - это ведь не замечательно.

– Да, - согласился брюнет.
– Замечательно, это когда рейтинг видео с твоей гулянкой стоит на первых рядах просмотра, но ты все равно ничего не помнишь.

– Думаешь, замечательно, когда твой позор заснят на камеру?

– А я за себя ручаюсь, - с улыбкой заявил Данил.
– Я когда пьяный не настолько шебутной. Максимум - драка, до чего редко доходило. Так я вообще миролюбивый.

– Дрался по пьяне?

– Ну, как дрался, - сощурил один глаз.
– Потолкались и разошлись. Это у Темыча бывает. Когда градус в крови переклинивает, то он легко может перестроиться на агрессивный настрой, выпуская на волю своего внутреннего зверя, который только и делает, что кусается.