– Страшная только.

Глава третья

– Что ты сказал?
– надеясь, что ослышалась, сжала кулаки и двинулась к нему.

– Мне кажется, ты с макияжем переборщила, - хмыкнул брюнет.
– Хотя, мне никогда не было понять фанатов металла или же тяжелого рока, - пожал плечами.

– Мне кажется, - передразнила его, хватая со скамейки мокрую футболку.
– Твоего мнения никто не спрашивал.

– Мне кажется, - все так же рассматривая меня, состроил смешную гримасу.
– Что кто-то тебе должен его был высказать. Не я, так кто-то другой.

– Когда оно мне понадобится, обязательно спрошу, - буркнула, натягивая мокрую вещь, которая неприятно холодила тело. Посмотрев на огромный белый череп, изображенный на футболке, в окружении дыма, я, поморщившись, посмотрела на парня, который продолжал рассматривать меня.
– Тебя не учили, что таращиться на людей не прилично?
– проведя с ним от силы минуту, уже чувствовала нарастающее раздражение.

– Так же, как и громить имущество университета, - он слегка улыбнулся, обнажая ряд белых и ровных зубов.

– Что ты сказал?
– повторилась я.

– Ну, судя по недавнему звуку и мятой дверце, - кивком указал на битый мною шкафчик за моей спиной.
– Это явный вандализм. А еще и потоп хотела устроить...

– Ты охренел?!
– перебила я этого хама, начиная смиряться с мыслью о том, что раздевалки, теперь, мыть я буду вечно, поскольку еще одной драки сейчас, видимо, не избежать.

– Да, ладно тебе, - брюнет поднял руки в примиряющем жесте.
– Я же шучу.

– Юмор у тебя плоский, - схватив его за грудки, притянула к себе.
– Топай лучше-ка отсюда.

– Я бы с радостью, да...

– Данил, хватит бегать!
– раздался громкий женский крик, от которого парень замер.

– Блин, - всего за секунду я увидела, как тысяча эмоций сменяет друг друга на его лице. И вызваны они отнюдь не радостью.
– Блин, блин, блин.
– Зашептал он, морщась, как будто проглотил целый лимон.

– Прячемся, значит, - злобно оскалилась, от чего парняга посмотрел на меня с подозрением.

– Даня!
– снова заверещала хозяйка противно режущего голоса, который на данный момент показался мне спасительным.

– Вы кого-то...
– договорить не смогла, потому, как огромная мужская ладонь закрыла мне рот.

"Убью", - даже не видя себя, я знала, что в моем взгляде читалось именно это, но, увы, мои молчаливые угрозы никак не действовали на красавчика, заставляя его все так же держать мой рот закрытым и, в придачу, обхватил меня своей огромной ручищей. От проваленной попытки вырваться злобно зарычала.

– Тихо, - шикнул брюнет, хмуря брови и сильнее прижимая к себе.
– Застукает нас двоих, помрем оба, - шепотом предупредил он.

– Данил!
– по уровню громкости звука, было ясно, что зовущая была недалеко. В последний раз, тихо рыкнув, я с силой укусила за ладонь парня, отчего тот приглушенно застонал.

– Здесь он!
– закричала я, воспользовавшись ситуацией, но было это ненадолго, так как рот мой снова был залеплен.

– Твою дивизию!
– тихо взвыл этот Данил, как я поняла, после того, как на его ногу со всего размаху обрушилась моя стопа. Увесисто огромный и тяжелый ботинок, добытый Женькой, внезапно стал импонировать мне. Неплохая обувь, однако.
– Да можешь ты успокоиться!
– взмолился Даня.
– Пожалуйста, - это уже сквозь зубы.

– Что здесь происходит?!
– теперь пришла моя очередь морщиться, так как, находясь вблизи источника визгливого голоска, я стала беспокоиться о своих перепонках. В проходе стояла женская фигура девушки, от которой так пытался скрыться мой новый знакомый. Поставив руки на бока, миниатюрная блондинка гневно смотрела нашу потасовку.

– Э... Да так, разногласия, - промолвил парень, все так же держа меня.

– Не потрудишься ли объяснить, кто это такая?
– возмущенный взор девушки перебрался с Данила на меня. Даже лампочка не излучала такой свет, как ее глаза, которые прямо так и полыхали лучами гнева и злости.

– Это... Эм...
– мой мучитель запнулся.

– Если бы я не знала тебя, то подумала бы, что ты откопал это чудище на помойке. Господи, Даня, это вы со своими друзьями в игры такие играете? "Найди лохудру и отмой"? Поэтому вы в раздевалке и она мокрая?
– логике этой особы просто позавидуешь. Даже не раскрывая рот, брюнет сам получил себе оправдание за нелепую ситуацию. Теперь я действительно задумалась о правильности своего поступка.