Но не это начало волновать меня, а пара серых горящих глаз, которые упрямо смотрели на меня.

Глава восемнадцатая

Отрывки из снов..

Существует множество ситуаций, в которых рот словно онемевает, в попытках произнести хоть одно слово, которых у тебя накопилось тысячи. Сейчас я была именно в таком положение и, наверное, была похожа на молчаливую рыбу с открывающимся и закрывающимся ртом. Стальной взгляд был подобен парализатору, который сковывал все мое тело, даже не прикасаясь. Почему-то внезапно появившееся воспоминание об Антоне не дало мне успокоения, а только возник новый вопрос: "попала ли я в лапы к еще худшему типу?".

– П-простите, - начала я запинаться, в попытке наконец-то прояснить ситуацию, но резкий и хриплый голос остановил меня.

– Не двигайся.

Я замерла, даже затаив дыхание, но, так же, не сводя глаз с напротив сидящего мужчины. Мне показалось, что в его взгляде мелькнуло удивление, после чего он вздохнул.

– Нога, - послышалось мне. Я все так же затаенно глядела на этого брюнета, не понимая, что он хочет мне сказать.
– Твоя нога, - кивком он указал на предмет своего обсуждения.
– Ты ее вывихнула, и, походу, очень давно. Будешь много двигаться, это будет причинять тебе боль.

– Как я оказалась здесь?
– вырвался у меня вопрос.
– И кто ты?

Было такое ощущение, что этот вопрос заставил обоих нас замереть. Если же я затаив дыхание, ждала ответы на свои вопросы, раздираемая желанием задать еще парочку этому типу, то сам тип, хоть и ожидал, скорее всего, о чем я спрошу, то несказанно медленно мешкал. Я не могла понять, что у него в голове, так как взгляд его заметно изменился.

– Я подобрал тебя на помойке, - только и сказал он, после чего встал, в намерении выйти из комнаты.

– Но почем...

– Неважно, - перебил он меня, остановившись.
– Считай, что я просто помог тебе, вытащив из той передряги, в которой ты оказалась, - брюнет говорил теперь грубо, будто чему-то был раздражен.
– На тумбочке лежит мазь, твой недуг она не уберет, но боль немного унять сможет.

После этих слов он вышел из комнаты, оставив меня наедине с оглушающей тишиной, которая спустя несколько мгновений была нарушена шумом воды.

– Вот задница, - буркнула я, беря небольшой тюбик мази с тумбочки.

Пользуясь возможностью уединенности, решила осмотреть жилище моего спасителя. Зачастую квартиру и то, как она обустроена, приравнивают к характеру самого хозяина, и, если мрачная обстановка и доказывала эту теорию, то чистота в комнате говорила абсолютно о другом. Здесь было мало мебели, только та, что надобна при использовании: пара шкафов, диван (на котором сейчас располагалась я), стол и парочка тумб. Не считая обоев, стены были абсолютно пусты. Ни одной картины или фотографии, что украшали бы хоть какую-нибудь полочку, кроме как пары книг, вписывающихся в мрачный гарнизон деревянной мебели. Единственное, что выделялось на фоне этого мрака, являющимся феноменальным контрастом, это - цветы. Наличие цветов у этого типа, удивляло меня куда больше, чем отсутствие телека. Они стояли на столике в вазе, на подоконнике, виднелись в маленьком горшочке на верхней полке шкафа.

– Господи, - пробормотала сквозь зубы, нанося мазь в опухшую ногу.
– Я умудрилась попасть в лапы к психу, который не только одним своим внешним видом источает готовность к зверским убийствам, но помешан на цветочках, а в его комнате намного чище, чем в моей.

Все это, я проговаривала в голове, опасаясь, что этот тип может стоять рядом, подслушивая, и, не дай бог, ему не понравятся мои высказывания. Если в своей физической силе мой одногруппник превосходил меня, то ему я могла дать хоть какой-то отпор. Этот же угрюмый брюнет, не мигая глазом, мог меня прихлопнуть как мошку.

– Ты как будто первый день родилась, - углубляясь в свои мысли, я не заметила нависшей надо мной тени и поэтому, услышав слегка грубоватый голос хозяина квартиры, чуть ли не подпрыгнула до потолка, уронив тюбик с мазью. Слова застряли где-то на уровне гортани, когда парень присел передо мной на корточки. Парень? Или мужчина? Из-за густой темной поросли, то покрывала половину его лица, мне было трудно опознать его возраст, но, судя по отсутствию морщин вокруг глаз и на лбу, то старше был он меня не намного. Черные слегка длинноватые волосы покрывали его лоб, падая на нахмуренные брови.

"Какие ресницы длинные", - мелькнуло в голове, прежде чем до меня дошел поражающий факт - этот брюнет обрабатывал мою ногу! Словно не замечая моего ошеломленного состояния, парень, нанеся на два пальца густую массу, начал осторожно растирать ее по месту опухоли. Пальцы его длинные и слегка шершавые аккуратно проходили по коже, почти едва задевая.

– Неумеха, - хмыкнул он, спустя какое-то время, закончив свои действия и поднимая голову. Ладонь его все еще покоилась на моей лодыжке, и жар от нее прожигал до костей. Но стоило мне встретиться взглядом с брюнетом, как сложилось ощущение, что этими самыми руками он только что забрал весь мой воздух, забрав способность дышать. Это были глаза не того хмурого типа, что я встречала в универе, это был совсем другой взгляд. На секунду в разуме моем помутнело, а перед глазами зарябило. Жадно глотнув, я вцепилась пальцами в мягкую обивку дивана.