Дверь распахнулась с громким стуком и в спальню ввалился Вельский, следом вошла рыжая молодая горничная в красивом коротеньком черном платьице с белым передничком. Резинки ее чулок выглядывали из-под подола и оттеняли молочную белизну кожи. В руках девица держала небольшой флакончик.

Лия, увидев хозяина, сразу вскочила и склонилась в поклоне.

– Пошла вон. – выплюнул слова Виктор.

Служанка опасливо покосилась на Эсперанцу и выскочила из комнаты.

Виктор вальяжно подошел к кровати, пальцем грубо провел по губам Эсперанцы, стянул лямку ночной рубашки и оголил ее грудь.

Эсперанца дернулась с отвращением – Как ты смеешь??

– Я все смею, моя дорогая. – прошипел он, склоняясь к ее лицу. Поднялся, обернулся к своей спутнице и громко заявил:

– Иветт, познакомься, это недоразумение – суккуба недоделанная. Моя неудавшаяся невеста. Вот решил ее немного воспитать.

Девушка усмехнулась, ее симпатичное личико скривилось, на мгновение стало похоже на крысиную мордочку, и она томным голосом произнесла:

– Все как ты захочешь, мой Господин. Воспитать, так воспитать. Значит ли это, что я могу играть с ней как захочу?

– Сколько хочешь и как хочешь, милая. Только не забывай поить ее из этого волшебного пузырька. И скоро она жить не сможет без его содержимого.

Эсперанца в возмущении попыталась достучаться до сознания Вельского младшего и напомнить, что она Властительница и что ее точно будут искать.

Громкий смех прервал девушку. Виктор облизал пальцы правой руки, схватил Эсперу за сосок, оттянул и сжал с силой. Она поморщилась, сдержав крик.

– Иветт, флакончик подай сюда. А то у некоторых тут чувствительность возвращается. Как бы чего в голову лишнего не пришло.

Горничная, вихляя бедрами, подошла и нагнулась над постелью, провокационно выпятив попку. Виктор приподнял подол платьица, заглянул туда и причмокнул с вожделением.

Иветт капнула несколько капель состава на губы Эсперанцы, затем выпрямляясь потерлась о ширинку Вельского, тот осклабился и запустил пятерню в декольте подруги. Она, не отводя глаз от лица лежащей девушки, захихикала.

– Ледышка, смотри как должна реагировать женщина на мужские ласки – Виктор вывалил большую белую грудь и припал к ней мокрым красным ртом.

Эсперанца чувствовала, как жжение заполняет весь ее рот, от невыносимой горечи начал неметь кончик языка, потом она просто перестала чувствовать что-либо во рту. Ни говорить, ни глотать, ни пошевелиться. Появилось ощущение нереальности происходящего. Окружающие звуки словно проникали через вату.

Вельский и Иветт целовались, целовались страстно, руки Вельского сжимали ягодицы, задирали платье, проникали под кружевные панталончики. Иветт постанывала от возбуждения и терлась обнаженной грудью о рубашку партнера. Эсперанца не могла ни отвернуться, ни закрыть глаза, чтобы не видеть все это.

Когда она поняла, что именно говорит Виктор, то ее сердце просто перестало биться.

– Малышка, поласкай для меня эту фригидную. А я посмотрю.
– С этими словами он подтолкнул горничную к Эсперанце, сам уселся в кресло напротив и, расстегнув ширинку, стал поглаживать себя.

Иветт улыбаясь откинула тонкое одеяло, которым была укрыта Эспера, медленно задрала ночную рубашку, обнажив тело девушки, согнула ноги в коленях и широко их развела, открыв ее на обозрение. Встала на четвереньки на постель, подставив попку Виктору, и стала гладить Эсперанцу между ножек, ласкать ее пальчиками. Ужас и отвращение охватили девушку, ей хотелось умереть, лишь бы прекратилось это унижение, молчаливые слезы катились из глаз, застилали пеленой.

Капризным голоском Иветт пропищала: - Виктор, милый, не заставляй меня трудиться над этой… У нее все сухо. Меня это не возбуждает.

– Главное, чтобы это возбуждало меня. – прорычал подонок, - иди сюда, детка.

Иветт с радостью соскочила с постели и кинулась к креслу, Вельский поставил ее на сиденье, оперев грудью на спинку и резко вошел в нее.

Эсперанца видела тощие белые ягодицы, ритмично двигающиеся вперед и назад, слышала гортанные стоны Иветт. В ее голове не было никаких мыслей. Было просто мерзко, ощущение того, что она вывалялась в грязи накатывало и захлестывало ее с головой.

В конце концов Виктор получил свое удовольствие, довольно шлепнул Иветт по круглой ягодице, застегнул ширинку и обратился к пленнице:

– Завтра будет твоя очередь играть, Ледышка. И попробуй меня расстроить. Накажу так, что мало не покажется.

Иветт одернула рубашку на пленнице и, накрыв ее одеялом, выскочила из спальни за хозяином.

Эсперанца так и лежала, не закрывая глаз. Во рту все высохло. Мысли путались в голове. Безумно хотелось умереть. Скрипнула дверь и в комнату прокралась Лия. Обняла девушку, вытирая слезы, баюкала ее и успокаивала.