– Думаю, мисс Грейнджер, - начал он наконец, - это невозможно. Я бы с радостью позволил вам взять под защиту мистера Малфоя, зная, что вы давно знакомы, и вам приходилось сражаться вместе, но дело в том, что…

– В чем?
– непонимающе уставилась на него Гермиона.
– Аврорат?

– Нет, мисс Грейнджер, дело не в аврорах. Дело в том, что вам самой необходима защита. Вы - та, кто непосредственно участвовал в уничтожении Волан-де-Морта, и, таким образом, являетесь одной из целей сбежавших Пожирателей. Они хотят мести. Мистер Уизли уже убит. Мы не можем рисковать Вами. Аврора подождете в моем кабинете.

– Не надо никого ждать, - тихо проговорил Малфой.
– Я - аврор, в связи с чем могу взять мисс Грейнджер под защиту.

– Формально это возможно, но вскоре все вскроется… - начал Адьери.

– До этого времени все они будут мертвы, - уверенно ответил Малфой.

– Черт с вами, - махнул рукой Глава.
– Я дам рекомендацию. Оформляйте все необходимые документы в виде двустороннего соглашения. Идите.

– Спасибо!
– неожиданно дружно ответили стоящие перед ним женщина и мужчина и вышли вон.

***

– Чертовы бюрократы!
– ругался Малфой, выходя из Министерства. Оформление разрешения отняло у него почти день, а промедление было недопустимо.
– Ладно, Грейнджер, я пошел. Спасибо, конечно, но я и так потерял херову тучу времени.

– Далеко собрался?
– прищурилась та.

– О, нет! Сначала Дерек с Декмуром, теперь и ты!
– Малфой закатил глаза, напомнив Гермионе кучу случаев из их школьного общения.
– Тоже садишь меня под арест. Иди, прячься, а я просто найду их и убью.

– Нет, я не собираюсь сидеть, сложа руки. Как я уже говорила, у меня тоже есть дети. Мои слова значат лишь то, что я иду с тобой. Так куда мы идем?

– Мы - никуда!
– у Малфоя просто слов не было.
– Я не нуждаюсь в твоей помощи.

– А я не хочу помогать, - тихо ответила она.
– Я тоже хочу мести. Ты забыл. Они убили Рона.

– Так вы же разошлись?
– не понял ее Драко.

– Это не значит, что я не любила его, - прошептала она.
– Сам же хочешь отомстить за любимую женщину.

– Я не любил ее, - вдруг совсем другим тоном заговорил он.
– Я иду за своим ребенком. Больше меня ничего не интересует.

– Не любил?
– удивилась Грейнжджер.

– Глупое чувство, - усмехнулся он, и той показалось, что Драко все-таки безумно похож на Люциуса.
– Обычный брак по расчету, - продолжил он.
– Я ценил и уважал эту женщину, как уважают мать своих детей. Но это не любовь. Ты идешь?
– неожиданно спросил он.

– Да, - без колебаний ответила она.

***

Они трасгрессировали вновь, переместившись к какому-то полуразрушенному зданию в лесной глуши.

– Одно из старых укрытий Пожирателей, - объяснил Малфой, - приготовь палочку, не хочу отскребать твою грязную кровь от гнилых досок.

– Как бы мне твою не пришлось, трусливый хорек!
– парировала она. Но тот, к ее удивлению, не обратил внимания на колкость.

– Тихо, - скомандовал он, входя в дом. Гермиона в очередной раз удивилась: трусливый хорек стал хорошим бойцом.
– Они здесь, - прошептал он.

– Откуда ты знаешь?
– не поверила та.

– Знаю!
– в этот момент в Грейнджер полетело смертельно заклятье:

– Авада Кедавра!
– выкрикнул с лестницы Нотт, целясь в девушку, но Малфой сбил ее с ног, отражая заклятие, и прошипел:

– Не путайся под ногами, грязнокровка!
– и кинулся вслед за Ноттом. До Гермионы доносились отдельные заклятия и вопли, грохот рушащихся стен. Она решила осмотреть первый из трех этажей и не мешать Драко. Девушка поняла - тот знает, что делает. Звуки стихли, на первом никого больше не оказалось. И Гермиона поднялась наверх.

Драко стоял на коленях посреди разрушенной комнаты и плакал. Гермиона замерла в дверном проеме: таким она своего школьного врага еще не видела. Рыдающим видела. Но сейчас тот просто сидел, глядя на какой-то предмет в своей руке, а по его щекам катились слезы. И еще ни у кого она не видела столько боли в глазах.

– Я подарил ему это в тот день, - Гермиона пригляделась и увидела, что вещицей был искусно сделанный медальон.
– Я убью их!
– тихо проговорил он и сжал медальон с такой силой, что на грязный гнилой пол упало несколько капель крови - он поранил руку об острый край украшения. Повинуясь какому-то порыву, Гермиона подошла, присела рядом и легонько его обняла.